Прайс-лист для издателя

Может, это его прежние латиноамериканские друзья?

– Эту версию тоже нужно будет проверить, – согласился Дронго. – Ты можешь узнать, кто приехал от Сербии на ярмарку? Мне хотелось бы ближе познакомиться с их руководителем.

– Сейчас узнаю, – пообещал Орлич, – и сразу перезвоню.

Он перезвонил через пятнадцать минут.

– Профессор Петр Брашован. Это известный в нашей стране специалист. Много лет был руководителем крупнейшего издательства «Геополитика». Сейчас заместитель министра.

– Можешь меня ему порекомендовать? Чтобы он, в случае необходимости, оказал мне некоторую помощь?

– Конечно.

Но только завтра утром. Уже поздно, а профессору уже за семьдесят. Хотя он до сих пор работает.

– Спасибо, Павел. Ты мне очень помог. Если узнаешь еще какие-нибудь подробности о Табаковиче, сразу мне перезвони.

– Договорились. Обязательно позвоню. Я рад вам помочь, господин эксперт.

– Не забывай, что когда-то ты называл меня «товарищ эксперт». Так мне нравится больше.

– Хорошо, – рассмеялся Орлич, – я об этом помню.

Дронго еще раз внимательно прочитал сообщение, присланное ему из Белграда, и отправился в ванную принять душ перед сном.

Утром за завтраком он увидел Пьера Дюнуа.

– Что-нибудь удалось узнать? – поинтересовался тот.

– Они прислали мне подробное досье на этого Табаковича, – сообщил Дронго. – Он воевал во время гражданской войны, дважды был ранен, даже командовал батальоном. Потом уехал в Венесуэлу, где жил около четырех лет. Вернулся в Сербию и почти сразу эмигрировал в Германию.

Вот такая интересная биография.

– Ты думаешь, всплыли его прошлые грехи?

– Больше похоже на месть, – предположил Дронго, – либо за участие в гражданской войне, либо за какие-то другие грехи в Латинской Америке.

– А сам как считаешь?

– Пока не знаю.

– Может, действительно это убийство связано с его темным прошлым и с бандитами из Венесуэлы? – задумчиво произнес Дюнуа. – Слишком характерный стиль, когда человеку перерезают горло; не очень похоже на югославские разборки, там все-таки часть цивилизованной Европы.

Скорее всего, это разборки наркомафии, такой характерный почерк колумбийских и венесуэльских наркодельцов. Нужно послать запрос и в Каракас, узнать, что там делал этот Табакович. Случайно в Венесуэле у тебя нет таких же хороших знакомых, как в Сербии?

– Нет, – улыбнулся Дронго.

– Зато у меня есть, – не без гордости проговорил Дюнуа. – Не забывай, что я много лет занимался как раз латиноамериканским направлением.