Симфония тьмы

– Ясно. – Осинский посмотрел на витрину и снова обратился к менеджеру отеля: – А если вдруг у них сломается витрина или разобьется стекло? Они тогда приедут сюда?

– Конечно, приедут, – удивился Клейтон, – но у нас есть своя охрана. Внутри отеля ничего не может произойти.

– А сколько стоит такое стекло?

– Долларов триста. А почему вы спрашиваете? – спохватился Клейтон, но было уже поздно. Незнакомец деловито снял с ноги рваную туфлю и сильным ударом разбил стекло. Завыла сирена, засуетились служащие отеля.

– Все в порядке, – улыбался Клейтон уже откровенно жалкой улыбкой, – все в полном порядке. Это случайно разбилось стекло. Не волнуйтесь. Все в порядке.

– Пусть теперь приедут и поднимут ко мне в номер костюм, рубашку, галстук, носки и туфли, – попросил Осинский. – Да, и носовые платки.

– Конечно, – наклонил голову Клейтон. Они вошли в лифт, поднялись в апартаменты. Пока менеджер ходил по комнатам, лично объясняя, где что находится, Осинский тихо сказал восхищенно смотревшей на него Мелани:

– Надеюсь, завтрашний вечер у вас свободен?

Девушка бросила на него быстрый взгляд и кивнула.

Еще через час в номер к Осинскому доставили все, что он заказал, добавив ремень и предъявив счет на полторы тысячи долларов. Вдобавок ко всему он попросил лезвия и крем для бритья. Приняв душ, побрившись, он переоделся и впервые посмотрел на себя в зеркало. Там стоял совсем другой человек.

– Песах Якобсон, – вспомнил имя неизвестного Осинский и расхохотался, подмигнув себе. А затем поднял трубку и попросил передать записку с приглашением к себе в номер продюсера и его красивой спутницы.

Был второй час ночи, но в Лос-Анджелесе, в этом городе, ставшем колыбелью Голливуда, не отказываются от предложения подняться в королевские апартаменты-люкс даже в такое время. Продюсер решил, что здесь остановился кто-то из мировых знаменитостей. И через пять минут, поднявшись наверх со своей спутницей, уже стучался в дверь.

Увидев Осинского, он долго вспоминал, когда они встречались, и долго хохотал, когда Джордж рассказал ему о вечерней встрече.

Продюсер искренне решил, что его разыграли. А его спутница, оказавшаяся всего лишь его сестрой, очень благосклонно и с удовольствием принимала комплименты от хозяина апартаментов. Подобная роскошь производила впечатление независимо от сказанных слов.

Вечеринка продолжалась всю ночь. Утром Осинский с тяжелой головой ехал в фирму, опасаясь только одного: что потребуют вернуть полученные деньги.