Истоки медвежьей Руси

Истоки медвежьей Руси

Александр Иванович Леонтьев

Марина Владимировна Леонтьева

То, что медведь – символ России, знают практически во всем мире. «Русский медведь» такое же устойчивое словосочетание, как и «римский орел» или «британский лев». Медведь изображен на гербах многих российских городов. Он герой народных сказок. Но все это только отголоски того мистического почитания, которым этот зверь пользовался у наших языческих предков. О том, как возник культ медведя на Руси, как развивался и как повлиял на русское национальное самосознание, – эта книга.

Александр Иванович Леонтьев, Марина Владимировна Леонтьева

Истоки медвежьей Руси

© Леонтьев А.И., Леонтьева М.В., 2007

© ООО «Алгоритм-Книга», 2007

Вместо введения

Прежде чем рассказать о культе медведя у русского и других народов, представить свою точку зрения на вопрос о происхождении Руси, ее исторических корнях, хотелось бы сделать небольшое отступление.

Как-то раз, в трудные послереформенные 90-е годы нам пришлось по долгу службы побывать в старинном северном городе Каргополе, расположенном недалеко от живописного озера Лача, у истоков реки Онеги. Впервые этот древний город упоминается в летописных источниках в 1146 году.

Нам давно было известно, что Каргополь славился не только своими церквами и соборами, но и замечательными народными умельцами. Прогуливаясь по городу, мы вдруг неожиданно услышали красивый, чистый, переливчатый свист, – недалеко от собора местные жители торговали какими-то, на первый взгляд, непонятными поделками.

Чтобы привлечь малочисленных туристов, они приставляли ко рту диковинных раскрашенных уточек, петушков, фантастических животных, изготовленных из глины, – и по улицам Каргополя раздавался хрустальный звончатый перелив. Оказывается, мне посчастливилось встретиться с мастерами, которые могли творить знаменитую каргопольскую глиняную игрушку, ставшую теперь своеобразным символом города.

Когда-то славившийся богатой торговлей и удивительной красотой Каргополь, начиная с XVIII столетия, после петровских «преобразований» на севере, оказался в стороне от торговых путей, соединявших Архангельск, побережье Белого моря с крупными городами России, и превратился в заурядный провинциальный городок. Часть населения подалась на отхожие промыслы, другие принялись осваивать гончарное дело.