Стандарт возмездия

– Тогда скажи, кто?

– У каждого свои враги, – философски сказал Роман Кудрявцев.

Она покачала головой.

– Я начинаю сожалеть, что оказалась в тот вечер рядом с тобой, – призналась Надежда.

Он с интересом посмотрел на нее. Потом прошептал:

– Это была судьба.

Она встала.

– Ничего больше не хочешь мне сказать?

– Вы все равно не справитесь, – убежденно сказал он, – это мое личное дело.

– До свидания, – она пошла к выходу.

– Подожди, – окликнул ее Кудрявцев. Она повернула голову.

– Я всегда долги возвращал, – прохрипел он, – не хочу быть в долгу перед тобой.

На меня покушались люди Горелого. А почему именно его люди и кто им заказал мое убийство, этого я тебе не скажу. Поймайте Горелого и узнайте все у него.

Она смотрела ему в глаза.

– Ну и собачья у тебя жизнь, Роман, – вдруг презрительно сказала она, – живешь с охраной, вечно всего боишься, даже девок к тебе водят под охраной. Несчастный ты человек.

Она вышла из палаты. В коридоре ее ждали Сабельников и Тимошин.

– Узнали что-нибудь? – бросился к ней майор. Она отрицательно покачала головой.

Чуть позже, уже сидя вдвоем в машине с Сабельниковым, она сказала подполковнику:

– Это были люди Горелого. Он убежден в этом.

Глава 9

Только в самолете они узнали, что летят в Ташкент. Забрав их паспорта, водитель оформил им билеты, и они пошли на посадку, пройдя предварительно обычный таможенный и пограничный контроль, уже никого не удивлявший при пересечении границы бывших республик прежде единой страны.

В самолете находилось не очень много людей, это был очень неудобный ночной рейс, к тому же они попали на разные места, из-за чего не могли даже разговаривать друг с другом. Кирилл, оказавшийся зажатым между двумя женщинами, просто заснул, откинув кресло до упора. Слава, сидевший рядом с симпатичной девушкой, улыбался ей всю дорогу, пытаясь ее разговорить. А Николай, напротив, сидел у окна и почти весь путь смотрел в иллюминатор, словно надеясь увидеть нечто неизвестное в вечерней темноте.

Сам Цапов, успевший купить в аэропорту газеты и журналы, просматривал их, время от времени оглядываясь назад, туда, где сидел внешне непримечательный и все время дремавший Раскольник. Цапов знал, что слова Горелого о его напарнике были правдой. Раскольник был не просто убийцей. Он был одним из тех редких типов убийцы, которые наслаждаются видом жертвы, кому доставляют удовольствие страдания и мучения несчастного.