Свод Хаммурапи

Так сообщается в газетах, и так говорят в его офисе. Вот поэтому журналисты и пишут, что версия о его исчезновении – это пока что слухи. Но уже завтра все будут знать, что он исчез.

– Нет, я все равно не понимаю, как он мог исчезнуть? У него же охрана, помощники, секретари. Я же помню, что у него при себе всегда было два или три мобильных телефона. Неужели все одновременно замолчали? И куда он мог деться? Он же не бомж какой-нибудь, а вице-президент крупной фирмы. Может, его похитили и теперь захотят за него выкуп?

– Поэтому сначала Маша никому и не сообщала, – пояснила Валерия.

 – Все тоже так думали. Мы целых два дня выжидали и только потом обратились в милицию. А там сам следователь попросил никому ничего не сообщать, пока возможные похитители не выйдут на связь. Но вот прошло уже семь дней, а никто так и не позвонил. Целых семь дней.

– Представляю, как им плохо, – с искренним сочувствием произнесла я. – Неизвестность хуже всего. В голову лезут всякие мысли, не знаешь, что предпринять…

– Мы и не знаем, что нам делать, – призналась Лера.

 – Маша в таком состоянии, что хватается за любую соломинку. Вчера мы даже приглашали гадалку, надеялись, может, она подскажет, куда мог исчезнуть Вадим. Гадалка сказала, что он пока жив, но находится далеко от Москвы.

– Напрасно приглашали, – отреагировала я. – Все эти гадалки в таких случаях помочь не могут.

– Я тоже так думаю, – поддержала меня очень прагматичная Лера. Нельзя заниматься рынком вторичного жилья и верить гадалкам.

Чтобы продавать старые квартиры новым жильцам, нужно быть рациональным прагматиком и оптимистом, но только не мистиком. Вот за это я мою Леру и люблю.

– Ты бы видела эту особу! – поделилась она. – По-моему, эта гадалка сама не верила в то, о чем говорила. Но старалась нас убедить. И взяла за свое жульничество пятьсот долларов.

– Все они такие.

– И следователи не лучше, – заявила Валерия. – Такое ощущение, что в милиции остались одни идиоты. Ты бы слышала, какие вопросы они задавали несчастной Маше! Спрашивали, какие у Вадима были привычки, не мог ли он куда-нибудь улететь в срочную командировку, не предупредив семью.

Даже обыскали его кабинет, как будто это могло им помочь. И еще мы потеряли столько дней в ожидании звонка от возможных похитителей.

– А как он пропал? – поинтересовалась я. – Как он вообще мог исчезнуть? Где была его охрана, его машина, его помощники?

– В том-то все и дело.