Тверской бульвар

У них есть еще старшая дочь, но она живет сейчас в Нью-Йорке, кажется, заканчивает там какую-то школу искусств. И такое несчастье! Бедная Медея места себе не находит.

– Сколько лет мальчику?

– Почти шестнадцать, как твоему Саше. – Нина сравнила пропавшего с моим сыном, и я невольно вздрогнула от испуга. Могла бы сравнить со своим младшим сыном – они ровесники. Но ни одна мать не позволит себе такого – сравнить исчезнувшего или погибшего ребенка с собственным. – Он заканчивает десятый класс, – добавила Нина, – хороший мальчик, вежливый, воспитанный.

Всегда прекрасно учился. Иногда заходил к нам в гости. Такое горе для родителей!

– Ты его хорошо знаешь? Твой младший сын с ним дружит?

– Мы иногда общаемся как соседи, – уклончиво ответила Нина, – но сын Медеи учится в другой школе и не дружит с моим Ромой. У них так, шапочное знакомство. Ядо сих пор не могу в себя прийти. И что могло произойти?

– Может, его похитили?

– Тогда почему молчат?

– Иногда похитители специально молчат несколько дней, чтобы вызвать панику в семье похищенного.

Такие случаи бывали. Они богатые люди?

– Нормально живут. Я не сказала бы, что они могут выложить миллионы. Этого у них нет. Они много работают за границей, но особых доходов не имеют. Просто нормально живут. Как и мы, – добавила Нина.

– Ты считаешь, что в Москве все живут в шестикомнатных квартирах на Смоленском бульваре, платят за сына в Лондоне, имеют три автомобиля и двух водителей? – улыбнулась я наивности моей кузины.

 – Не смеши меня, Нина, вы принадлежите к классу очень обеспеченных людей.

– Какие глупости! – отмахнулась она. – Люди сейчас на своих самолетах летают и на собственных яхтах отдыхают. А у нас есть только эта квартира, дача, несколько машин. По нынешним временам это не бог весть какое богатство. Ну еще участок под Санкт-Петербургом, но там мы пока ничего не построили.

– Теперь я поняла. Ты сравниваешь себя с Абрамовичем. Тогда, конечно, вы почти бомжи.

– При чем тут Абрамович? – возмутилась Нина, немного краснея.

Совесть у нее все-таки есть. – У заместителя мужа дача на Рублевке. Можешь себе представить? А у директора другого института, смежного с нашим, квартиры в Цюрихе и в Париже. Они занимаются разработкой одинаковых проблем с моим Павлом. Только у того многомиллионные счета в зарубежных банках да квартиры в Швейцарии и во Франции, а у моего ничего такого нет. И знаешь почему? Мой простофиля слишком честный человек.