Волшебный дар. Голубые ангелы

В Лиссабон, в Севилью? В аэропорт Фаро? Он куда-то должен был улететь?

– Он никуда не может улететь без меня, – сказала она. И снова протянула руку к бутылке.

Дронго в очередной раз убрал бутылку.

– Тем не менее, видимо, улетел, – прорычал Дронго. – Что он вам сказал, когда уезжал?

– Не помню! Оставьте меня, мистер детектив!

– Хорошо, давайте по-другому. Вспомните, вчера утром вы спустились вниз без верхней одежды. Вы разговаривали со мной, сидя на террасе, а потом, когда решили, что пора ехать… Скажите, ваши куртки были уже в машине или ваш супруг за ними поднимался?

– Мы не оставляем верхнюю одежду в салоне автомобиля, – ответила Кэтрин, – мы всегда храним наши вещи в отеле.

Конечно, он поднимался наверх. По дороге могло быть холодно – мы открывали окна, у меня ведь аллергия на кондиционеры.

– Он поднялся наверх за вашими куртками, – переспросил Дронго, – все правильно?

– Да, – кивнула она, – при чем тут наши куртки? Сильвию убили…

– К вам вчера кто-нибудь звонил из отеля? Вы знали, что Сильвию застрелили?

– Нет.

Мы ничего не знали. Мы поехали в аэропорт, а оттуда заехали в Албуфейру. Я хотела выбрать подарок для Энрико. Хорошие часы. Мне не нравились его часы. И он сам предложил мне туда заехать.

– Вы купили ему часы?

– Купила. А потом мы приехали сюда и узнали о смерти Сильвии. Пока мы там покупали часы, здесь ее убили.

– Если мы не найдем вашего мужа в течение одного или двух часов, боюсь, что у него будут большие неприятности, – пробормотал Дронго.

– Энрико никуда не денется, – поморщилась Кэтрин, – зачем вы все время спрашиваете про него? У нас в семье такое горе.

– Вы говорили со своим дядей?

– Ему тоже плохо. Как и всем нам.

– Вы с ним говорили вчера вечером?

– Я зашла к нему в номер ночью. Он поменял сьюит и перешел в другой. Джеймс знал, как мы с его женой недолюбливали друг друга, но ничего не сказал мне. Он по-своему любил Сильвию.

– На кого оформлено завещание? Ведь у вашего дяди не было прямых наследников?

– Нет.

Его сын от первой жены разбился еще пятнадцать лет назад. Думаю, что часть была переписана на меня, а часть – на благотворительные фонды. Но я точно не знаю, никогда у него не спрашивала.

– Он не переделывал завещание после женитьбы на Сильвии?

– Нет. Но у него предусмотрено, что его жена получит пятьдесят миллионов и виллу в Малибу. Я точно не знаю…

– У Сильвии есть наследники?

– Есть… Но зачем вы меня спрашиваете? Никто не убивал ее из-за денег.