Восточный ветер

Еще Макиавелли писал о том, что в политике должно быть дозволено все, любые методы, для достижения своих целей. А если я должен отвечать как ваш наставник, то должен признать, что не всегда можно достичь необходимых результатов, работая в «белых перчатках». Особенно в нашей работе. Но если я должен отвечать как законопослушный гражданин, то, конечно, с подобными тезисами я не должен соглашаться. Категорически. Теперь выбирайте, что вам больше нравится.

– А вам? – Сапронов не хотел сдаваться. Он умел спорить. Это более всего нравилось в нем полковнику Караеву.

– В каждом случае должен быть индивидуальный подход, – дипломатично ответил Караев, – и каждый такой случай нужно рассматривать как явное исключение из общего правила. Идеальный вариант, когда мы можем действовать в рамках наших законов и достигать своих целей. Но это не всегда получается.

– Нам разрешили действовать и за рубежом, – напомнил Сапронов, – Государственная дума приняла закон, по которому спецслужбы могут действовать за рубежом с согласия Президента.

Даже находить и уничтожать наших врагов. Разве вы не считаете, что подобная практика будет явным нарушением норм международного права?

– Вы не субъект международного права, капитан, а всего лишь офицер спецслужбы и должны действовать в рамках наших законов. Если в стране законодательно разрешено находить и уничтожать врагов за рубежом, то мы должны принимать подобные акты как правовую норму, – возразил Караев, – если вы получите конкретный приказ на ликвидацию чужого агента в другой стране, вы обязаны его выполнить.

Моральные сомнения оставьте для правозащитников и болтливых интеллектуалов, которые не могут уяснить специфику нашей работы. Если ликвидация конкретного противника может помочь вашей стране, разве вы будете колебаться?

– Наверное, нет, – ответил Сапронов, – но я понимаю, что все может измениться, как это часто бывало в нашей стране. И я могу вернуться домой не героем, а преступником.

Караев усмехнулся. Этот молодой офицер умел нестандартно мыслить.

И он был прав. Столько раз мы опрокидывали собственную историю, вспомнил Караев. Реабилитировали белое движение, попутно замарав красных, победивших в той страшной гражданской войне. Зверства хватало с обеих сторон, но с начала девяностых про зверства колчаковцев или деникинцев уже не писали. Все вспоминали только зверства красных. Потом попутно реабилитировали и «зеленых», объявив их защитниками крестьянства и забыв про их нападения на продотряды.