Нумерология

Единица совершенно просто проникает все числа, и, будучи общей меркой всех чисел, их источником и началом, она содержит их в себе все, оставаясь единично связанной и неспособной ко множеству, всегда одинаковой и без изменения, вследствие чего происходит и то, что при умножении она производит только самое себя. Один есть причина всех вещей и все идут к одному, и после него ничего нет, и все что есть требует одного, ибо все от одного происходит. Для того, чтоб все вещи были одинаковы, необходимо, чтобы они участвовали в одном, и даже если все вещи ко многому пошли от одного, нужно чтоб все, желающее возвратиться к одному, покинуло множество.

Есть один только мир Божий, одно солнце для одного мира, один феникс в мире, одна матка у пчел. Есть только один элемент, превосходящий и проникающий все – огонь. Есть одна растительная и минеральная душа, находящаяся повсюду, которой совсем не знают и никто не называет по имени, но которая сокрыта под числами, под фигурами и загадками и без которой ни алхимия, ни натуральная магия не могли бы иметь успеха»[9 - Philosophic occulte Cornelius Agrippa, I 2.

С. 218.].

Единица есть причина всего; но единица-свет может остаться светом без тени; единица-голос, голосом без эха. Один есть причина несравниваемая; число – это гармония, а без гармонии ничто не возможно; единица необходимо деятельна и ее потребность действия заставляет самое ее повторяться; она разделяется или скорее умножается, чтобы произвести два. Но два — это антагонизм, это мгновенная неподвижность, когда силы равны, но это борьба, причина движения.

Сен-Мартен, обозначив число два как дурное и роковое, признался, что он не знал более великого таинственного деятеля в магии. Земля есть явно место прохождения и доказательств: число два, следовательно, необходимо, ибо представляет жизнь, которая существует только борьбой, действием – и прекращается с наступлением покоя. Итак, два — антагонизм, но три — это уже существование. С тремя жизнь найдена. Три — это маятник, идущий то направо, то налево, ради равновесия и движения.

Таким образом три делает полезным двойное число и извлекает из него движение, которое есть жизнь.

«Три, – говорит Бальзак в Луи Ламбере, – есть формула сотворения миров: это – духовный знак творения и материальный – окружности».

Число три есть движение, составляющее равновесие, постепенно переходя с одной точки на другую; число четыре есть совершенное равновесие, это четырехугольник, положительность, реализм.