Три цвета крови

Промолчав минуту, спросил:

– Тогда почему вы приехали?

– Мне было интересно, – на этот раз улыбнулся Груодис. Впервые за время разговора. – Кажется, мне нужно согласиться. Чтобы вы не пытались взорвать мой новый автомобиль. Кстати, у вас ничего не получится. Я обезвредил взрывное устройство.

– Вы могли бы мне этого не говорить, – пожал плечами Траппатони, – так вы согласны?

– Да. Но единственное условие. Все деньги вы переводите на счет в швейцарском банке с условием, что взять их я могу лишь после определенной даты.

Если ничего не выйдет, вы всегда можете забрать деньги. По-моему, так будет лучше. Меня не устраивает приятная перспектива увидеться с вами во второй раз после завершения операции.

Траппатони достал платок, вытер лоб.

– Вы деловой человек, мистер Груодис. Вот фотография этих людей.

Траппатони достал из кармана фотографию и передал ее собеседнику. Тот взял, внимательно всматриваясь в лица обоих политиков.

– Нечто подобное я и ожидал, – сказал, возвращая фотографию, – вам нужен был такой человек, как я.

– Теперь вы все понимаете. – Траппатони быстро спрятал фотографию в карман. – Их встреча состоится через четыре месяца, двенадцатого июня. Так, во всяком случае, сообщают их пресс-службы.

– Это будет нелегко, – задумчиво произнес Груодис, – их хорошо охраняют. Там много моих бывших коллег.

– Иначе бы мы не платили такие деньги, – напомнил Траппатони. – Материалы и деньги получите сегодня вечером. Их привезут к вам в отель.

– Вы знаете, где я остановился? – догадался бывший подполковник КГБ.

– А как вы думаете? – парировал Траппатони. – Вы считаете, что мы можем рисковать в подобной ситуации?

– Вы не сказали, почему их хотят убрать. Почему платят такие деньги. Я обязан понимать смысл поставленной задачи. Политическая оппозиция или нечто другое?

– Деньги, – пожал плечами Траппатони, – очень большие деньги, мистер Груодис. Другие подробности мне неизвестны. А если бы даже были известны, я бы вам о них не сказал.

Вы же понимаете мои мотивы? Через десять-пятнадцать лет это, возможно, будет самое важное звено в развитии человеческой цивилизации.

– Неубедительно, – возразил Груодис, – из-за того, что будет через пятнадцать лет, не убивают нынешних политиков. И почему тогда все приурочено к конкретной дате – к двенадцатому июня?

– Мне придется передать моим друзьям, что вы более профессионал, чем мы себе представляли. Двенадцатого июня они подписывают новый контракт.