Закат в Лиссабоне

«Он сделал пластическую операцию, – попытался иронизировать Дронго сам с собой, – пересадил себе силиконовую грудь, закачал гель в губы, получил хирургическим путем новый, красивый разрез глаз, изящный носик с горбинкой. Вот, правда, рост у него должен быть гораздо меньше, чем у этой молодой женщины. Впрочем, это тоже не проблема. Можно вспомнить, как в Чиклане в прошлом году один тип уже выдавал себя за Дронго, сумев нарастить кости на ногах по методу профессора Илизарова… – Дронго взглянул на красивую молодую женщину рядом с собой.

 – Кажется, я совсем схожу с ума.

Если это Кахаров, то я Монтсеррат Кабалье. И все же подозревать придется многих. Мой список может оказаться далеко не полным. Сервал способен загримироваться под любого известного деятеля Всемирной организации здравоохранения. Но на пластическую операцию просто так не пойдет. Иначе ему придется делать такие операции после каждой удачно проведенной акции. Похоже, мой напарник прав. Нужно искать преимущественно среди людей пожилого возраста.

И с характерной азиатской внешностью. Или Кахаров не станет так рисковать?»

– Я видел, как вы говорили с представителями африканских стран, а других делегатов конгресса вы знаете?

– Почти никого, – ответила она, – хотя некоторых я видела раньше. Например, Уильяма Митчелла. Он из Южно-Африканской Республики. Очень хороший специалист.

– Не сомневаюсь, – кивнул на всякий случай Дронго. Но не стал говорить, что много слышал о Митчелле. Это могла быть ловушка. – Я не всех здесь знаю, – честно признался Дронго, – но вот Вармуса и Бишопа, получивших свои Нобелевские премии в восемьдесят девятом, я знаю.

Читал их труды. – Перед тем как приехать в Лиссабон, он изучил биографии всех нобелевских лауреатов в области медицины за последние пятнадцать лет.

Однако женщина медленно покачала головой:

– Я о них только слышала, но ни разу в жизни не видела.

– Но, возможно, вы знакомы с Олтменом? – Дронго сознательно назвал первую попавшуюся фамилию, чтобы проверить, как отреагирует его собеседница.

Зулмира снова покачала головой:

– А про него никогда и не слышала.

Это его вдохновило. Если бы она ответила иначе, ему пришлось бы прекратить разговор и больше с ней не встречаться. Или встречаться только для того, чтобы понять, почему на конгресс приехала женщина, которая готова согласиться с его очевидной ложью. Но она не согласилась. Хотя если бы согласилась, то и тогда это не было бы решающим доказательством.