Заговоры волховской целительницы на поиск, привлечение и возвращение любимых

У нее накануне экспедиции с женихом нелады были. Она ему сказала, чтобы писал ей сюда, на деревенскую почту, а писем все не было. Танька с лица спала, раньше хохотунья была, а тут сидит в уголку и молчком молчит. Она из всех нас почти ничего и не собрала, говорила, все равно ей. Мы уже обратные билеты купили, через три дня ехать, и вдруг Танька ложится пластом и ни есть ни пить не может. Спросишь, в чем дело, говорит, тоска. Если бы болезнь какая, мы бы опять же к фельдшеру обратились, а то тоска – непонятно, как и быть.

И тут меня осенило. Кинулась я к бабушке Степаниде, уговорила ее прийти посмотреть, что с Танькой такое. Бабушка согласилась, пришла, всех девчат за дверь выставила, потом послала меня у хозяйки, у которой мы жили, свежее яйцо из-под курицы попросить. Я принесла и думала, что она и меня за дверь выставит, а Степанида посмотрела на меня так внимательно, аж мороз по коже, и говорит коротко: «Останься». Сначала бабушка с Татьяной нашей шепотком потолковала, а потом смотрю: поставила ее в полный рост и давай тем яйцом обкатывать, и шепчет, шепчет, приговаривает. Потом разбила яйцо в миску, посмотрела туда – головой качает. Дала Татьяне какие-то наставления и вышла. Оставшиеся три дня наша Танька вставала ни свет ни заря и ходила купаться на реку на рассвете, одна. А к отъезду уже стала прежней – и заулыбалась, и песни стала подтягивать. Расспрашивать мы не решались, но о женихе больше разговоров не было. А как приехали мы в город, у Таньки новый появился, лучше прежнего. Однажды встречаю я ее на почтамте, посылку отправляет. Смотрю – адрес-то знакомый, той деревни, где мы были. Полюбопытствовала, кому да что. Татьяна на меня серьезно так посмотрела и говорит: «А Степаниде Антиповне подарок. Я ей по гроб обязана. Если б не она, меня бы порча в могилу свела. Порча на мне была от разлучницы, которая Петьку сманила». И так она это сказала, что я больше расспрашивать не посмела, но слова эти и вся история мне запомнились.

Полгода спустя начались у меня личные неурядицы.

Уж извините, не буду в подробности входить, но помочь не мог никто – ни врачи, ни друзья. Тут и сердечные дела замешались, и многое другое. И вот тогда я вспомнила про бабушку Степаниду и, бросив все, поехала к ней, запасшись разными подарками, каких в деревне было не достать – городским товаром. Приняла она меня ласково, как выяснилось, помнила прекрасно и как будто даже ждала меня. Татьяне поклон передала, мое горе выслушала и обещала помочь.