«Кто ты?». Часть 2

А те скудные сбережения, что находятся у меня в кармане, надо отдать богоугодным людям – ну, таким, как он, например, – ради всех святых и, оставшись без ничего, наслаждаться своим несчастьем, то бишь, «настоящим счастьем» в ожидании грядущего бессмертия.

– Н-да, запутанная философия. И что же ты ответил на это?

– Я?

– Ну да.

– Я искал глазами что-нибудь этакое, увесистое, чтобы трахнуть его по голове, но ничего такого вокруг не было, а книгу, что я положил под голову, было жалко. Но я всё же отомстил ему.

– Каким образом?

– Я начал декламировать стихи.

– Стихи?

– Так точно. Не какие-нибудь там первопопавшиеся, а самого Самеда Вургуна. Войдя в раж, читал я стихи, всё больше и больше горячась. Он встал и, обозвав меня несчастным комсомольцем и безбожником, поспешно удалился от меня.

Всё это Таваккул рассказывал с ухмылкой на устах, а закончив, начал громко и долго смеяться, вспоминая то одно, то другое высказывание батюшки, а главное – его бегство. Так продолжалось долго.

Во всяком случае, засыпая, я всё ещё слышал его смех.

Утром следующего дня я уже стоял у двери известного нам кабинета директора сельскохозяйственного института, временно приспособленного для приёма документов у абитуриентов. К девяти часам начали приходить члены приёмной комиссии. Они недоумённо смотрели на меня и проходили в кабинет. Наконец появился директор с той женщиной, которая непосредственно принимала документы. Кстати, фамилия её была Полякова и она работала секретарём-методисткой в институте.

Её сын Поляков Леонид, очень воспитанный и интеллигентный юноша, впоследствии учился со мной в параллельной группе на том же факультете, что и я, но в русском секторе.

Директор остановился около меня и, не говоря ни слова, взял меня за плечо и повёл в кабинет. Сев на своё место, он спросил:

– Ты не понял, что мы говорили тебе вчера?

Я молчал.

– У тебя есть родители? – изучающе посмотрев на меня, спросил он.

– Мать есть.

– А отец?

– Отец погиб на войне.

– Очень жаль. Мать работает?

– Нет.

– А кто вас содержит?

– Дядя. Ещё нам дают паёк за отца.

– Отец был офицером?

– Да.

– А где работает дядя?

– Он директор школы.

– Это он дал тебе этот аттестат? – указывая на газетные обвёртки, которые я держал в руке, спросил он.

– Нет, он директор семилетней школы в колхозе.

– Вы живёте в деревне?

– Да.

– Скотину держите?

– Да.

– Какую?

– Коров и буйволиц.

– Ну и хорошо.