Русские отряды на французском и македонском фронтах (1916-1918 г.г.)

Во исполнение установленного соглашения русские армии Северо-Западного фронта, в составе 9 полевых корпусов, под начальством генерала Жилинского, которому было вверено во время войны главное командование армиями Северо-Западного фронта, начали наступление в Восточную Пруссию 17 августа (нового стиля), или на 16-й день мобилизации французской армии. При этом для 2-й русской армии, наступавшей в обход Мазурских озер с юга, в конечном итоге, было установлено направление на Зенсбург – Алленштейн.

Этим наступлением в полной мере выполнились первоначальные обязательства России по отношению к ее союзнице – Франции.

Русское наступление в Восточную Пруссию вынудило, как известно, германцев снять с их западного фронта два полевых корпуса и одну кавалерийскую дивизию для спешной переброски на восточно-русский фронт. При этом на Восточно-Прусском театре военных действий немцы принуждены были сосредоточить армию, значительно превышавшую те 5–6 корпусов, о которых говорилось на междусоюзных совещаниях.

Со своей стороны, Англия, вынужденная германским нарушением бельгийского нейтралитета принять участие в войне, объявила мобилизацию своих сухопутных вооруженных сил 5 августа, то есть тремя сутками позднее Франции. Ее правительство решило отправить на материк для присоединения к левому флангу французских вооруженных сил экспедиционный корпус в составе 6 пехотных и 1 кавалерийской дивизий. Однако к началу серьезных боев корпус этот не успел сосредоточиться на материке и в большом пограничном сражении, кончившемся для наших союзников крайне неблагоприятно, приняли участие со стороны Англии лишь 4 пехотных и 1 кавалерийская дивизии.

Английский главнокомандующий маршал Френч, вынужденный после боя у Монса принять со своими войсками участие в общем отходе, оценивал общую обстановку настолько пессимистично, что советовал своему правительству обратить немедленное внимание на укрепление в тылу Гавра. Запасы английского экспедиционного корпуса, находящиеся в Булони, признавались им под угрозой неприятеля.

Великобританское правительство было чрезвычайно взволновано этим сообщением. В поисках средств, которые могли бы укрепить военное положение союзников на сухопутном фронте, лондонское правительство предложило телеграфно своему послу в Петербурге сэру Бьюкенену прозондировать у русского министра иностранных дел С. Д.