Новая религия

То есть, религиозные рамки дисциплинируют любого человека, независимо от уровня его развития, но не ведут его к безусловной вере. Мы понимаем – следовать правилам без их осознания недостаточно. Это хорошо, но этого мало. Это все равно, что не нарушать общественных законов исключительно в силу внешних сдерживающих факторов. Та же схема. Помните, на первых порах общественные и религиозные законы ничем не отличались. Мало того, они и были общими, и воспринимались как одно целое. В дальнейшем, по мере развития социально-экономических систем, религия постепенно утратила свою социально-духовную организующую роль.

Общество разделилось на светское и религиозное. Возникли соответствующие структуры и институты. Духовное и общественное лидерство перестало совмещаться в лице одного человека. В то же время роль церкви как инструмента общественной, а значит, экономической и политической власти, стала расти. Церковь потеряла свое изначальное предназначение. Из независимой системы взглядов на мир, она превратилась в отросток аппарата насилия под названием государство. При этом она приобрела все характеристики государства в государстве и потеряла свою исключительную ориентированность на Бога. Все это случилось давно. Именно с тех пор церковь и перестала развиваться как мировоззренческая система. Вы никогда не задумывались, почему церковный язык остановился и замер на том уровне, который давно не соответствует общеупотребительным нормам? Я задумывался. Смерть языка, запечатленная не столько в священных текстах, как в бесконечных комментариях и разъяснениях по их поводу – это и есть отражение гибели той или иной религии. Хочешь узнать, когда данная религия перестала жить и утратила связь с Богом – посмотри и послушай, каким языком она разговаривает со своими адептами. Достаточно сопоставить современный язык с церковным – и ты увидишь, когда данная религия перестала служить Богу. Почему так жестко? Да, потому что служить Богу – это значит не служить более никому и ничему. Церковь, служащая интересам государства, не может в полной мере служить интересам Бога. А служение Богу, как и настоящая вера, не знает степеней. Либо оно есть и является полным и абсолютным, либо его нет вообще. Нет здесь никакой золотой середины. Как же ты, церковный иерарх, призываешь своих подданных к соблюдению библейских заповедей, а сам нарушаешь первейшую из них: "Я твой Бог и нет у тебя других богов, кроме меня".