Анестезиолог. Пока ты спал

Сожгли в печке или глубоко закопали.

На шестой день в приемном раздался звонок. Звонили родственники умершего. У них созрел вопрос: а что же теперь делать дальше? Нельзя ли его снова привести в больницу, а то он дома лежит, стал вонять, разлагается. Было это летом.

Пьеса двенадцатая. Цыганский барон

С утра больница на осадном положении. Все входы закрыты. Впускают только по пропускам. На площади перед больницей расположился цыганский табор. Понятно. Очередной представитель их племени попал к нам. Судя по количеству людей, а собралось больше трех сотен, и наличию машин с номерами разных регионов, от Мурманска до Курска, не иначе – очередной местный барон.

Разогнать эту толпу не возможно. Бессильна больничная охрана, полиция. Однажды вызывали пожарных, которые пытались смыть толпу из шлангов. Бесполезно. Мелкие цыгане лезут во все щели, женщины устраивают такой вой, что нервы не выдерживают ни у кого. Приходится вступать в переговоры с бароном. Его авторитет непререкаем. Одно слово – и вся стая исчезает в течение пары минут. Хорошо, если барон в состоянии сказать это слово.

Толпа стоит не первый день. Расставлены столы, кибитки. Зачем они всем табором стоят у больницы, непонятно никому. Даже им самим. Обычно через внешнее кольцо охраны прорывается группа человек в 10, которая умоляет дежурного врача пропустить одного из них к больному с криком:

– Я ему самый близкий родственник, я муж сестры его жены, я как узнал о таком горе, я из Москвы приехал. Пусти, брат!

Похоже, роль переговорщика опять отведена мне.

Знаю несколько слов по ромейски. Кроме всем известного «Лавэ нанэ». Могу на их языке внятно послать подальше.

Самые худшие подозрения оправдываются, когда поднимаюсь к себе в отделение. Барон лежит у нас после операции. От наркоза еще не отошел, а когда отойдет, навряд ли сможет подойти к окну и крикнуть своим, чтоб те убирались ко всем чертям. Болезнь долго не позволит ходить. У барона парапроктит.

Оказывается, цыган проглотил куриную кость, которая застряла в прямой кишке и проткнула ее стенку.

Возможность обратного пути попадания в кишку куриной кости отметается. Цыгане – не тот народ. Педиков среди них нет.

Парапроктит оказался запущенным. Инфекция расползлась вокруг прямой кишки и распространилась вверх, в брюшную полость. Хирургам пришлось рассечь задницу крестом на четыре части. Для лучшего оттока гноя. Странно, но чувствовал барон себя при этом неплохо. Внешне совсем не производил впечатление умирающего.