Жаркое лето месье Пергоко

Самая смелая девушка подошла к коту и положила перед ним яркий цветастый мешочек, до краев наполненный купюрами и монетками.

– Дорогой месье Кот, вот ваши деньги! Прошу вас принять их, – сказала милашка и покраснела словно морковка.

– Гм… хмр… О, милая мадемуазель, искренне благодарю вас и прошу, пока я не вернусь, спрятать этот кисет у себя в кармане пиджачка.

Кот сделал реверанс, ловко приблизился к леди, взял лапами кисть ее руки и поцеловал по очереди пальчики. Девушка покраснела уже как свекла и еще больше удивилась.

Полосатый продолжал очаровывать ее.

– Как зовут вас, невинное дитя?

– Элери.

– Я скоро вернусь, Элери! Дождитесь меня! – он подмигнул ей и побежал вверх мимо мраморных родственников прямо во дворец.

Прыгая и взбираясь по ступенькам, плутишка подумал: «Почему я не юноша, как Алекс? Эти юные женщины так совершенны и грациозны, не хуже иных кошечек.»

Через минуту, найдя в одном из окон зала приоткрытую форточку, кот запрыгнул внутрь и оказался на секретном заседании зоологов.

Выступал профессор Тиранозе:

– Итак, господа ученые, подводя итог речам, выступивших здесь уважаемых светил нашей Академии, я – президент кафедры зоологии высших животных, вынужден признать… Уф… признать, что мы с вами пока не нашли доказательств разумности наших животных собратьев. Некоторые зачатки обучаемости и интеллекта наталкиваются на стену тупости в зверином мозгу. Звери не могут ни понимать, ни мыслить, как мы! Это был вынужден признать даже всеми уважаемый профессор и неутомимый исследователь Мамантео.

Кстати, недавно он опозорился со своей макакой, ой, мартышкой! Впрочем, разницы нет.

В зале раздался смех и аплодисменты. Тиранозе принялся кланяться словно петух перед курятником.

Коту не понравилось выступление знатного ученого, и он, еще не остыв от выступления на лужайке, подал голос из зала:

– Мур-р! Я в принципе не согласен с вами, уважаемый дедушка! Что это вы мелите, а? Мартышка и макака, это не одно и то же! Не вам ли это знать? Так вы котов и мышей в родню запишите, м-р! Это не серьезно! А еще пожилой человек!

В зале раздались усмешки, а потом и раскатистый хохот.

Кот ведь не знал никого из присутствовавших, и все его выступление было полной импровизацией и мальчишеским авантюризмом. Это было необычайно смешно. Уже весь зал, а это, по меньшей мере, сотни три ученых мужей с женами, держался за животы от смеха. Тиранозе был в бешенстве. Неслыханное хамство, его прервали на полуслове и подняли на смех.