Структура права

В частности, стал чаще использоваться прием определения терминов в одной из первых статей нормативного акта. Тогда ученые предложили выход из этого положения: поскольку норму в целостном ее выражении чаще надо было мысленно собирать из фрагментов законодательных положений, они стали называть ее логической нормой. При этом, не отказывая в существовании фрагментам норм права, «вынесенным за скобки», они стали говорить о так называемых общих нормативных предписаниях

. Таким образом, повышение степени абстрактности правовых норм – первая причина дробления логической нормы права.

Чем дальше, тем больше дробились нормы права в привычном их понимании «если – то – иначе». Теперь часто стали встречаться фрагменты норм права, посвященные специальным вопросам (правовому статусу субъектов, срокам, санкциям, порядку разрешения коллизий между нормами, процедурным вопросам и т. д.). Усиленно шел процесс специализации права, который привел к тому, что теперь стало трудно даже мысленно собирать нормы права из фрагментов.

И все же многим ученым не хотелось расставаться с привычным пониманием нормы права как правила поведения. И тогда все нормативные предписания поделили на две группы: нормы права, в которых формулируются права и обязанности субъектов, и все другие нормативные предписания. Правда, пришлось для их наименования использовать другой, более широкий термин – нетипичные нормативные предписания

(необычные, исходные, отправные, нестандартные, вспомогательные, вторичные, неосновные, специфические и другие их наименования встречаются в юридической литературе).

Именно такой подход просматривается в позициях С. С. Алексеева и В. Н. Карташова, пристально исследовавших проблему норм права и их выражения.

Но причины дробления норм права этим не исчерпываются.

Объем правового регулирования увеличивался с каждым годом. Особенно активно этот процесс пошел в 90-е годы, когда российское общество стало переходить к рыночным отношениям.

Нависла угроза инфляции законодательства. Стремясь к компактности, законодатель пошел по пути отсечения корреспондирующего деяния в традиционной связке, из которой состоит правило поведения (право одного – обязанность другого). В законодательной норме указывалось на ту часть в этой связке, которая будет нести основную нагрузку в правоотношении.