Когда падали стены… Переустройство мира после 1989 года

При этом центральным утверждением моей книги является то, что мы не можем понять Европу после падения Cтены без того, чтобы принимать во внимание события, происшедшие в 1989 г. в другой части света. Под руководством Дэн Сяопина Китайская Народная Республика осуществила иной, драматичный выход из ситуации холодной войны – и его синонимом стало кровопролитие на площади Тяньаньмэнь 4 июня 1989 г.[9 - Об открытых китайских документах, относящихся к принятию решений в Пекине в связи с протестами и их подавлением в мае и июне 1989 г.

, до сих пор вызывающих много споров в том, что касается их «достоверности», см.: Zhang Liang et al. (eds) The Tiananmen Papers: The Chinese Leadership’s Decision to Use Force against Their Own People – In Their Own Words. Little, Brown, 2001; and Andrew J. Nathan ‘The Tiananmen Papers’ Foreign Affairs 80, 1 (January/ February 2001) pp. 2–50. Комментарии по поводу этих источников см.: Lowell Dittmer. ‘Review of The Tiananmen Papers’. China Quarterly 166 (June 2001). Pp. 476–483; Alfred L. Chan. ‘The Tiananmen Papers Revisited’. China Quarterly 177 (March 2004). Pp. 190–205; Andrew J. Nathan. A Rejoinder to Alfred L. Chan’. China Quarterly 177 (March 2004). Pp. 206–214; Richard Baum. ‘Tiananmen – The Inside Story?’ China Journal 46 (July 2001). Pp. 119–123. См. также: Andrew J. Nathan. ‘The New Tiananmen Papers: Inside the Secret Meeting That Changed China’. Foreign Affairs (May 2019) online; Bao Pu (ed.) The Last Secret: The Final Documents from the June Fourth Crackdown. New Century Press, 2019.] Постепенное вхождение Китая в глобальную капиталистическую экономику было уравновешено приверженностью Дэн Сяопина господству Коммунистической партии. Это равновесие, столь отличное от полной потери контроля со стороны Горбачева, вывело его страну на другую орбиту. Сила народа, сыгравшая столь важную роль в Восточной Европе, здесь не имела аналогов. «Успешное» подавление ее со стороны Дэна имело значительные последствия, все еще воздействующие на современный мир. Таким образом, европейская история была вписана в другой глобальный треугольник, который сам по себе стал продолжением китайско-советско-американской «триполярности», возникшей на последнем этапе холодной войны[10 - См., например: Robert L. Suettinger. Beyond Tiananmen: The Politics of US–China Relations 1989–2000. Brookings Institution Press, 2003; David M. Lampton. Same Bed, Different Dreams. Univ. of California Press, 2002; Ezra F. Vogel.