Экзистенция и культура

Ведь если сознание распадается на отдельные, слабо связанные между собой переживания, то оно лишается личностного начала, подлинно конкретного человеческого смысла. Как его собрать или как оно собрано?

Распутывание экзистенциального опыта

М. Мамардашвили говорил, что роль философии в познании культуры состоит в распутывании, высказывая это в отношении произведений М. Пруста, в том числе и в контексте проблемы экзистенциального опыта. Только распутывание приводит к пониманию ситуаций его становления.

И форма произведения (романа) должна быть такой, чтобы участвовать в распутывании экзистенциального опыта. «Литература или текст есть не описание жизни, не просто что-то, что внешне (по отношению к самой жизни) является ее украшением; не нечто, чем мы занимаемся, – пишем ли, читаем ли на досуге, а есть часть того, как сложится или не сложится жизнь. Потому что опыт нужно распутать и для этого нужно иметь инструмент. Так вот, для Пруста, и я попытаюсь в дальнейшем это показать вам, текст, то есть составление какой-то воображаемой структуры (курсив мой.  – Н.К.), является единственным средством распутывания опыта; когда мы начинаем что-то понимать в своей жизни, и она приобретает какой-то контур в зависимости от участия текста в ней»[67 - Мамардашвили М.К. Психологическая топология пути. СПб., 1997. С. 11.].

Роль текста, а значит осмысленного содержания, в понимании экзистенциального опыта велика.

Более того, текст, размышление, повествование есть часть самого экзистенциального опыта. Текст есть результат анализа опыта, и он его конструирует[68 - Одно концептуальное целое с понятием «ситуация» образуют понятия «текст» и «смысл». Текст как единица коммуникации рассматривается Т.М. Дридзе как иерархия коммуникативно-познавательных программ, объединяемая концепцией или замыслом (коммуникативной интенцией) партнеров по общению, а текстовая деятельность оказывается одним из ключевых механизмов социокультурной регуляции, обеспечивающих путем включения сознания и интеллекта, интенции, воли и эмоций субъекта общения саму возможность обмена деятельностью и ее продуктами между людьми. См.: Дридзе Т.М. Текстовая деятельность в структуре социальной коммуникации: Проблемы семиосоциопсихологии. М., 1984.]. М. Мамардашвили делает акцент на важном для философского и всякого иного познания моменте.