Эпидемии и глобальная история

Незабываемый пример Христа, которому новое вероучение приписывало удивительную способность спасать немощных и страждущих, сделал христианство наиболее привлекательной для многих формой религиозного ответа на вызов новой болезни. Между тем, нечто похожее в ту же эпоху начало происходить и в Китае. Эпидемии II–VI вв., которые вызвали массовые опустошения и отчаяние, способствовали распространению еще одного религиозного учения – буддизма, призванного дать утешение от страдания.

Безусловно, эпидемии этой эпохи способствовали ослаблению Римской империи на западе Евразии и Ханьской империи на Дальнем Востоке.

Непрекращающиеся волны «новых болезней» совпали с длительным периодом социальных беспорядков, экономического упадка и военных вторжений. Вслед за этим начался период относительной стабилизации, который, впрочем, был более ярко выражен в Китае, чем на Западе. В Поднебесной это было связано с утверждением у власти династии Тан (618–907), в годы царствования которой, однако, страна не была свободна ни от крестьянских волнений, ни от эпидемий страшных болезней. В частности, с VII в. в Китае начали отмечаться случаи бубонной чумы, а современники отмечали сильное распространение крыс. На Западе, где политическая стабилизация была достигнута только на территории восточной части бывшей империи, также свирепствовали болезни. Наиболее грозной из них стала знаменитая Юстинианова чума, которая обрушилась на территории Византии и Персии в 542 г. и присутствовала там до 750 г.

Специалисты считают, что эта болезнь была первым историческим случаем бубонной чумы в Средиземноморском мире.

До той поры эта болезнь, скорее всего, была известна только в местах своего природного распространения, в частности в Африке и в предгорьях Гималаев. Однако к середине VI в. бубонная чума уже, безусловно, присутствовала во многих портовых городах на побережье Индийского океана, и настало время, когда она сумела вырваться за пределы своих экологических границ. Когда чума дошла до Египта и появилась в Средиземноморье, она встретилась там с крайне уязвимой к ней в иммунологическом плане популяцией. Этим вызваны те разорения, которые произвела болезнь. Византийский историк Прокопий Кесарийский свидетельствовал о том, что в самые страшные дни эпидемии в Константинополе от чумы умирало по 10 тыс. человек в день. Вообще, уровень смертности от этой «новой болезни» оказался очень высоким[98 - Russell J.C. That Earlier Plague // Demography. 1968. Vol. 5 (1). P. 174–184.].