Бриллианты и булыжники

Даже Пушкин подвергался тогда жесточайшей и ничем не обоснованной критике со стороны «властителя дум» тех поколений Писарева; так на какие же созвучия своим идеалистическим стихам могли рассчитывать поэты много меньшего калибра? Не поэтому ли голоса их неуверенны и слабы, а их души нередко охвачены сомнениями и лишь томятся в порывах к Господу, но не в силах найти путь к нему. Отголоски этих мучительных томлений дает нам поэзия Я. П. Полонского:

То в темную бездну, то в светлую бездну,

Крутясь, шар земли погружает меня:

Питают, пытают мой разум и веру

То призраки ночи, то призраки дня.

Не верю я мраку, не верю я свету,

Они – грезы духа, в них ложь и обман…

О, вечная правда, откройся поэту,

Отвей от него разноцветный туман,

Чтоб мог он великий в сознаньи обмана,

Ничтожный, как всплеск посреди океана,

Постичь, как сливаются вечность и миг,

И сердцем проникнуть в святая Святых.

«В ранние годы надежды нашего поэта Я.

П. Полонского на лучшую будущность для человечества были связаны с его юношескою безотчетною верою во всемогущество науки», писал о Полонском Владимир Соловьев.

Царство науки не знает предела,

Всюду следы ее вечных побед,

Разума, слова и дела. Сила и свет.

Миру, как новое солнце, сияет

Светоч науки, и только при нем

Муза чело украшает

Свежим венком.

Подпав под влияние господствовавшего в те годы позитивистического мышления, Я.

П. Полонский пытался даже и свою лиру поэта настроить на тот же лад. Отчего же нет? Ведь рекомендовал же тогда Писарев всем поэтам применить свои таланты к созданию популярных брошюрок по естественным наукам, в которых, как утверждали тогда, содержатся ключ к разгадке всех тайн мироздания не как проявления творчества Господня, но как самостоятельного, обособленного процесса – «природы». К этой «природе», зародившейся и развивающейся без помощи Господней, к изучению ее, к любви к ней призывал Полонский в своих стихах:

О, в ответ природе

Улыбнись, от века

Обреченный скорби

Гений человека!

Улыбнись природе!

Верь знаменованью:

Нет конца стремленью,

Есть конец страданью.

Но жизненный путь пройден поэтом… И та позитивистическая наука (кстати, опровергнутая теперь новейшими научными теориями) не дала ему ответов на мучившие его вопросы.