Предприимчивые люди

– Но ведь я его брал в руки, заряжал, стрелял из него раньше, – не мог справиться с собой, и отвечал он бессмысленно дрожащим от волнения голосом.

– Хорошо, вот это и надо учесть. Удалять твои отпечатки, значит, надо и с патронов, и с магазина, а отпечатки кого-то из них оставить. Начнём именно с этого.

Как удаляют отпечатки, они не знали, видели в кино, что просто протирают и всё, но руки жирные, кто знает, и Зура слегка намочила вафельное полотенце водкой. Нардыз разрядил пистолет, и они оба, надев перчатки, в которых моют посуду, протёрли патроны, магазин и весь пистолет.

Протирая всё это, подходили к тому, что у стены, и прикладывали его, ещё теплые руки к каждой детали. Когда было готово, Зура сняла перчатки, взяла в руки уже собранный пистолет и аккуратно положила на край стола так, как это может лишь женщина.

– Теперь нож. Есть у тебя хороший боевой нож?

– Зачем хороший, вон кухонный подойдёт.

Они взяли кухонный, но не из набора, а так, одинокий, так же протёрли его и вложили в руку того, чьи отпечатки оставили на пистолете.

Всё было готово, можно вызывать полицию.

Их версия сработала точно. Убийство первого как было, так и было, тот, что у стены как бы хозяин пистолета, когда усаживали Нардыза на стул, отложил свой пистолет в сторону. Зура воспользовалась этим. А когда произошло первое убийство, не обнаружив пистолета на месте, достал нож и кинулся на мужа. Зура выстрелила. Второй раз тоже, как было. Тем более в руках третьего был крепко сжат нож Бирюзы, а на руке Зуры – глубокий след от него.

Уже много позже, после всех допросов и сопоставлений, им в суде поверили и оправдали. Но в городе долго ходили сплетни, что, мол, откуда у пьяниц пистолет.

Хотя нож был точно, знали это многие, нож дорогой, Бирюзе за него ящик водки предлагали. А может, и пистолет был? Кто его знает? Но тремя пьяницами стало меньше, о них никто не жалел.

А сейчас он сидел на полу и всё повторял и повторял: «Прав, прав, я был совершенно прав, всё правильно».

Добрее надо быть!

Через месяц юбилей.

Дата не круглая. Но для себя я так решил, что после тридцати лет совместной жизни каждый год у нас будет юбилейным! А это тридцать девятый. Столько прожить и просто неплохо. А вместе! Мне повезло. Не знаю, что скажет на это она?

Нет, знаю! Скажет: «Тоже». Но иногда говорит, что во всех её бедах только я и виноват. Хотя добавит: «И в радостях».

Но – я думаю – мне повезло.