Любовь и смерть в Италии эпохи Возрождения

Судя по судебным документам, нет никаких оснований предполагать, что это дело получило дальнейшее развитие; все упоминания о нем исчезают. Не осталось следов ни приговора, ни помилования[86 - Я проверил серии за 1563–1564 годы: ASR, Governatore, Tribunale Criminale, Sentenze. Сохранилось лишь три приговора: Constituti 105 и 106 (1563 и 1564 годы), а также: Investigazioni 80 (1563 год). Прочие ординарные серии для этого периода отсутствуют. Например, в «Manuali d’Atti» имеется лакуна вплоть до папки 45, документы начинаются с 14 сентября 1563 года, поэтому детали судопроизводства выяснить сложнее.

Также для лета 1563 года отсутствует регистр приговоров. Для судебных материалов 1563 год оказался крайне неудачным.]. Джованни-Баттиста, если верить генеалогиям XIX века, жил и дальше, вновь обзавелся женой, предположительно ему безупречно верной, у них родились дети. Вполне возможно, что он женился на девушке ниже его по положению, поскольку генеалоги не упоминают ни ее имени, ни имен их общих детей[87 - Litta P. Famiglie celebri d’Italia.]. Однако к 1569 году Джованни-Баттисты уже не было в живых. Потомство от обеих жен, как и Кретоне, были переданы под опеку некого Камилло Савелли, а вскоре Камилло получил и сам титул[88 - Biblioteca Apostolica Vaticana, Ottobon. Lat. 2549, pt. III, D. Iacovacci, Repertorii di Famiglie, Savelli.]. Маленькая Элена дожила до 1573 года. Когда она умерла, ей было всего около двенадцати лет.

Послесловие

Я впервые посетил Кретоне весной 1999 года.

Я оказался неподалеку, чтобы обследовать другую деревню, о которой шла речь в моей книге, где я и дощелкал свою последнюю пленку. Дело было после обеда, священное время сиесты. Я тщетно рыскал по окрестностям Паломбары в поисках новой пленки для фотоаппарата и потом спустился к Кретоне, где мне хотелось взглянуть на замок, место гибели Виттории и Трояно. Я знал, что замок еще стоит, поскольку один ученый приятель сказал мне, будто он принадлежит кузену его подруги детства, который вроде как реставрирует его. Так все и было. Мы с женой увидели там рабочих. Я спросил их, показывая на наполовину выступающую башню, сохранилась ли в ней лестница, и объяснил, почему мне это интересно. Они направили меня к архитектору, руководившему реконструкцией. Его позабавила кровавая история из прошлых времен – «Ох уж эти стародавние господа!» – и он предложил провести нас по замку.