От дам-патронесс до женотделовок. История женского движения России

Герцен на Западе. СПб., 1999. С. 253–265.].

Отношение к Ж. Санд было мерилом прогрессивности. По свидетельству современников, в 1830–1850?е годы не только литераторы, но и рядовые читатели должны были определить свое отношение к ней. «Пора нам бросить эту Жорж Санд, которая всем надоела со своей бабьей эмансипацией», – писал переводчик И. И. Введенский А. П. Милюкову в 1843 году[208 - Милюков А. П. Иринарх Иванович Введенский (Из моих воспоминаний) // Исторический вестник. 1888. Т. XXXIII. Сентябрь. С. 578.].

Но и в 1847 году «Санкт-Петербургские ведомости» еще писали: «Если вы не стоите на коленях перед Жорж Занд, то вы несовременный человек»[209 - Санкт-Петербургские ведомости. 1847. № 251. 2 ноября. С. 1137.].

Другим основанием обращения к теме «положения женщин в российском обществе» было то, что проблема эта становилась частью освободительной доктрины и рассматривалась как составляющая задача освободительного движения. Деятели демократического направления – А. И. Герцен, Н. П. Огарев, В.

Г. Белинский, М. В. Буташевич-Петрашевский, Ф. М. Достоевский, М. Е. Салтыков-Щедрин, В. П. Боткин, М. А. Бакунин, Т. Н. Грановский – в той или иной степени признавали, что частью общей эмансипации российского общества должна стать эмансипация женщины. Другой вопрос, оказавшийся позднее очень значимым, – что понимать под эмансипацией женщины?

Помимо этих внешних факторов, повлиявших на легитимацию проблем женщин в русской интеллектуальной среде и общественной мысли в 1830–1840?е годы, существовали еще и внутренние причины, способствовавшие этому процессу.

А именно – личный опыт «духовных отцов нации».

Исследование И. Л. Савкиной[210 - Савкина И. Л. Кризис идентичности: мужская и женская версии. Дневники и письма Александра и Натальи Герценов (1841–1846) // Женщина в российском обществе. 2000. № 3. С. 17–28.] демонстрирует нам на примере А. И. Герцена, жизнь которого подробно описана в дневниках и мемуарах, как драматично проходило переживание кризисов идентичности, переосмысление концепций и моделей женственности четой Герценов.

Драматизм судьбы Н. А. Герцен – супруги А. И. Герцена – оставлял, по мнению исследовательницы, ощущение «избыточности задатков ее женской натуры» и невозможности их реализации. С высокой степенью достоверности можно предположить, что в эти годы не одна только г-жа Герцен переживала подобное состояние, что оно было знакомо многим женщинам ее круга. Об этом пишет другая исследовательница – И. М.