Жизнь Гегеля. Книга вторая

В «Философских исследованиях о сущности человеческой свободы» Шеллинга (1809) были заложены семена предполагаемого ответа Гегелю. Другой мыслитель, Вагнер, пытался объединить логику и математику. Гербарт в Кенигсберге был изолированной фигурой, которая в любом случае опубликовала свои главные работы поздно при жизни Гегеля. В 1810 году Бахманн опубликовал рецензию на «Феноменологию» в «Гейдельбергском журнале».

Сохранилась переписка с Исааком фон Синклером (1775—1815), Карлом Виндишманом (1775—1839), Николаусом фон Таленом (ум.

1848), Бергером из Киля, Карлом Зольгером (1780—1819) и ван Гертом. Из них Синклер и Зольгер – самые значительные. Для Розенкранца характерно то, что он кратко излагает отношения между Гегелем и его современниками, оставляя место для дальнейших исследований того, кем они были и каково было значение их отношений с Гегелем. С тех пор как Розенкранц написал эту книгу, большая часть этой переписки была опубликована. В целом, здесь появляется больше свидетельств интереса к Спинозе.

Исаак фон Синклер

Гегель поддерживал отношения с Исааком фон Синклером (1775—1815). Это, как мне кажется, часто упускается из виду в англоязычных комментариях, поскольку Синклер не известен в англоязычной философской литературе. Однако письма между ними интересны. Гегель отводил праздничные дни для ответов на письма, и зачастую сохранился лишь набросок его ответа, а не само письмо. Синклер писал стихи и трагедии, но недавно опубликовал три тома философии под названием «Истина и определенность» (1811), что послужило поводом для обмена письмами.

Гегель пишет, спрашивая, остается ли Синклер неумолимым фихтеанцем и что он говорит о прогрессе к бесконечности. Он пишет Синклеру:

«Я педагог, которому приходится преподавать философию, и, возможно, поэтому я убежден, что философия должна быть структурированной конструкцией, как и геометрия, которой можно обучать так же хорошо, как и ей.» (429)

Содержание философии – это одно, творческий талант – другое, продолжает он, говоря, что хочет добавить к научной форме.

Он вспоминает, как из мрачного Франкфурта смотрел на Фельдберга и Альткоенига, горы Таврского хребта.

Работа Синклера начинается с сомнения, которое представляет собой нечто среднее между уверенностью и незнанием. Это похоже на идеи, которые Гегель впитал еще от Секста Эмпирика. В своей книге Синклер рассматривает отношения к себе, миру и Богу с чем-то вроде фихтеанской точки зрения.