Жизнь Гегеля. Книга вторая

Жизнь Гегеля. Книга вторая

Карл Розенкранц

Карл Розенкранц был близким другом и учеником Гегеля, что дает его свидетельствам особую ценность. Именно благодаря его труду у нас есть сведения о многих важных фактах из жизни философа. Розенкранц обладал не только глубоким пониманием философии Гегеля, но и имел доступ к его личным записям и письмам. Вторая книга охватывает период с 1801 до переезда в Берлин около 1818 года.

Жизнь Гегеля

Книга вторая

Карл Розенкранц

Переводчик Валерий Алексеевич Антонов

© Карл Розенкранц, 2024

© Валерий Алексеевич Антонов, перевод, 2024

ISBN 978-5-0062-8647-4 (т.

2)

ISBN 978-5-0062-8560-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Краткое изложение Книги 2

Глава первая Литературная ситуация в Йене

Как уже говорилось в конце предыдущей главы, Гегель позволил убедить себя переехать в Йену. Однако литературное оживление в городе было уже в значительной степени завершено. Например, «Атеней» Шлегелей перестал выходить; Новалис – прекрасная душа «Феноменологии» – умер в 1801 году; Фихте уехал; Тик уехал.

Athenaeum был полон жизни и приучил публику к парадоксам. Позвольте заметить, что это была эпоха литературного журнала в Британии и, думаю, в других странах тоже, отчасти потому, что она стояла на пороге новых технологий печати и изготовления бумаги.

Примеры Рейнгольда, Фихте и Шеллинга привлекли в Йену многих, кто надеялся сделать себе имя в философии. Однако Шеллинг уже не считался здесь новинкой.

Он приехал в Йену из Лейпцига как «экстраординарный профессор». В Йене Хеннингс и Ульрих занимали кафедры философии и преподавали логику и моральную философию. Ульрих стремился примирить Лейбница, Вольфа и Канта.

Приват-доцентов было много – Розенкранц упоминает Якоба Фриза и историка Грубера как наиболее известных. Поскольку логика была обязательным предметом, а значит, и доходным, ее много преподавали. Была также мода на натурфилософию. Кроме того, «Философская энциклопедия» была предметом многих курсов частных преподавателей, которые, впрочем, могли следовать своим собственным интересам.

Цены были скромными – 2 или 3 талера за урок. Многие преподаватели составляли новые рецензии или стремились писать за вознаграждение уже существующие. За немногочисленные профессорские должности шла ожесточенная конкуренция, что порождало атмосферу поиска виноватых, упреков, мелкой зависти и взаимных пристрастий.