Боль двенадцати женщин

Я занимался онкобольными в отделении и теми, кто находился дома. Вылечить, к сожалению, их было уже нельзя. Но можно ? облегчить страдания, откорректировать боль. Амбулаторные больные или их родственники приходили ко мне и просили обезболивающие препараты. Это сильные наркотические вещества. Онколог, кроме всего прочего, должен был вести учет этих препаратов. Во-первых, потому что применять их надо осторожно, чтобы не навредить пациенту. Во-вторых, оставшиеся невостребованными у больного, эти медикаменты могут попасть к наркозависимым.

Поэтому, чтобы понять реальную потребность в таких препаратах у конкретного человека, мы на некоторое время госпитализировали пациентов в стационар. Среди прочего оценивали эффективность обезболивания, и одним из инструментов был дневник боли. В нем даже по почерку многое становилось понятно: дергающиеся, угловатые цифры ? сильно, остро болит; слабый нажим ? человек совсем обессилел от продолжительной боли; прямые, ровные линии ? сработал препарат, отпустило.

Тогда я научился дирижировать болевым синдромом пациента ? слышать первые ноты приближения боли и снимать ее препаратами еще до того, как она будет невыносимо греметь в полный голос.

Быть внимательным, не затыкать уши, открывать сердце.

Это умение помогало мне тысячи раз в хирургии, в пластической ? тоже. Ведь здесь на первичный прием не так уж редко пациент приходит не один ? его сопровождает страх боли.

* * *

Абонент недоступен. Сорок шесть неотвеченных звонков. А если старенькая мама упала дома, сломала шейку бедра, такое часто бывает у пожилых людей, и потеряла сознание от болевого шока.

Или маме стало плохо на улице. Случился инсульт, и никто не помог, а счет идет на минуты.

– Лариса Павловна, вы идете на совещание? ? К ней в кабинет заглянула главбух. Лариса вспомнила, что она ? финансовый директор большой компании и ей придется до ночи решать рабочие вопросы.

– Нет, Мария Викторовна, я не могу. Передайте, пожалуйста, что мне пришлось срочно уехать по семейным обстоятельствам.

Когда Лариса садилась в машину, уже смеркалось. До маминого дома путь был неблизкий, да еще пробки. Она ругала себя за то, что позволила матери жить одной, как та привыкла, что она ? плохая дочь, все время на работе, уделяет маме мало времени. В конце концов, Ларисе надо было настоять на сиделке, чтобы та присматривала за мамой постоянно.

Через час Лариса наконец добралась, припарковалась довольно далеко от подъезда и побежала.