Вечеринка в Чертаново

А она, крутя на пальчике эту белую маску, как бы нехотя станет рассказывать Марии и Лере о взглядах парней, о чертановских танцах под музыку таких талантливых исполнителей: «Гутенморгштейн» – это очень прикольно…»

– Проходите, Рая!

За зеленой дверью оказался большой затемненный холл без окон. В освещенном с потолка центре – небольшой паркетный подиум, возвышающийся над керамическим полом. Стены отделаны чем-то твердым, некрашеным – то ли кирпич такой, то ли голая выровненная штукатурка.

На них несколько картин: зеленоватая лунная поверхность, зеленые звезды, зеленые брызги по красному фону…

На подиуме под музыку, звучащую из больших колонок, энергично танцевали обладатели тех самых телефонов и сумочек. Все были в масках: фиолетовая, оранжевая, зеленая, две желтых, голубая… В белой была только она одна.

Витя тыкал пальцем в двигающиеся фигуры, стараясь перекричать громкую музыку, называл имена:

– Соня, Вероника, Катя, Алеша…

Конечно, она не успевала запомнить, как зовут парня в очках поверх синей маски, высокую худощавую девушку с распущенными каштановыми волосами в золотой маске, очень энергично двигающуюся толстушку в мини-юбке со стразами, в полосатой маске.

Вот только Вероника как-то сразу выделились для нее среди всех. Не только потому, что на этой красивой девушке было красивое красное платье с разрезом на бедре. Она была еще и очень похожа на девушку-скульптуру, стоящую рядом с бронзовым же голубем на площади у выхода из метро. А еще – одухотворенное, умное, доброе лицо…

Витя, похоже, понимал, что она всех сразу запомнить не может:

– Потом познакомитесь поближе, с кем захотите.

– А это? – заметила вдруг три почти детские фигуры в черной одежде и в черных же масках, неподвижно сидящие на диванчике у стены за танцполом. Перед ними стол, на котором мигал лампочками какой-то пульт.

Рядом небольшой, как будто детский автомобиль.

– Не обращайте внимания на этот… антураж, – махнул рукой Витя, – давайте я вам зооуголок покажу!

Подвел к ближней стене. Возле нее было несколько стульчиков, на столе и под ним стояло несколько клеток. Рая, увидев попугайчика, сразу догадалась:

– Кеша!

Витя улыбнулся:

– Он самый!

– Стейк! Стейк! – каким-то странным металлическим голосом произнес Кеша.