Наемник – мера забвения. Книга 1

 – Ведь так говорят русские, а?

– Не буду, полковник, но, если я когда-нибудь захочу поиграть с вами в прятки или кошки-мышки, и вам повезет, и вы поймаете меня, может случиться так, что, когда вы это сделаете может все поменяться. И мышка станет кошкой, а кошка – мышкой! – сказал Алексей по-русски.

– О, мистер майор, это слишком сложно! Я понимаю, русская шутка!

– Вот именно. До завтра, – холодно ответил Мытаров и уже собирался уйти…

– Майор! До сегодня! – заметила Лючия. – Я, как офицер, поручившийся за вас, требую, чтобы эту ночь вы провели в штабе! Спать будете в номере «7».

Я распоряжусь, его подготовят. Ваша увольнительная ровно до 23.00. вам ясно? Теперь вы не майор, а рядовой нашего агентства! Это понятно, господин Митариев? – Лючия сделала ударение на последнем слове и посмотрела на майора взглядом Клеопатры.

– Так точно! Есть, капитан! Меня это устраивает, я не привык искать приключения на свою задницу в незнакомых местах.

Мытаров расплылся в улыбке и ракетой вышел из офиса.

Негр Мангоджо Луис так же учтиво попрощался с ним и закрыл ворота на засов. Алексей незамедлительно отправился в клинику и отдал профессору двенадцать тысяч долларов. Он хотел отдать все, но, профессор сказал, что на период подготовки и реабилитации этих денег вполне хватит. Они обнялись, и Мытаров ушел. Алексей лишь издалека посмотрел на свою дочь, гуляющую в парке и счел ее счастливой.

Странное дело, ему не хотелось гулять по ночному Тель-Авиву, он мечтал о Лючии, понимая, наверное, что возможная близость с великолепной женщиной могла быть последним подарком судьбы.

Сомнений не было, завтра он полетит на войну.

В каком-то уютном кафе он заказал большую чашку «американо», потянулся в плетеном кресле и ушел мыслями глубоко в себя.

«Эй, сын, эй, давай, не отставай!.. Ну что, малек, не сбросил тебя Шукер, он добрый конь и даже ленивый, хороший, хороший конь!..» – отец подъехал на своей любимой кобыле Зорьке вплотную к огромному Шукеру и к сидящему на нем семилетке Лехе, и потрепал коня за гриву.

«Хороший Шукер, хороший конь! Поскакали к Дону, Леха, не отставай сынок!..» Они купали лошадей и купались сами. Красное солнце садилось за рощу пирамидальных тополей. Начиналась глухая и теплая ночь. Летучие мыши начали свои бесконечные игры в ночном небе…»

«Мой отец, ты ушел уже десять лет назад, а я, как салажонок, все думаю о тебе и плачу по ночам. Мама жива, я уже два года не был на хуторе. Скоро поеду, если буду жить.