Роман «Давайте пойдём вместе…» в лице предвестника нового этапа развития философских концепций. Монография

Перед ними представляется полноценная, просто потрясающее оснащённая научно-исследовательская лаборатория. Настоящая идея больше имеет под собой именно идеалистические наклонности, каким-то образом демонстрируя, что идеи дуализма были изначально верны, после посредством якобы гедонизма доказав отрицательные стороны материализма, а ныне благодаря показу излишка идеалистического подхода, демонстрируя важность применения огромных установок, своего рода символов материализма, но не в полной мере. В результате образованная технология, по итогу является источником невероятно огромной разрушительной мощи, способная уничтожить практически всё и вся на своём пути, генерируя титаническое количество энергии.

В речи господина Лайонела, в заключении, ощущается рост его мизантропии, с переходом посредством идей эволюционизма к утверждению о необходимости установления единоличной научной монархии, где правящим лицом, лицом правосудия выступает наука. Однако, поскольку основы этих идей находятся в мизантропическом ключе, то и система правления в человеческом мире является полной тиранией, настоящим деспотизмом и диктатурой.

И здесь довольно трудно найти грани, ибо действительно, посредством логических связей, которые демонстративно проделывает академик действительно можно прийти к таким утверждениям, но верными отчасти могут быть лишь идеи научного авторитаризма, а в моменте перехода к идеям тирании и более того, к идее массового террора и геноцида человеческого индивидуума, которую он представляет пока в лёгкой форме, является крайней степенью и перебором.

Более того, это была максимально наглядной демонстрацией научного могущества, что можно проследить в

«…одной воли этого человека было достаточно, чтобы решить тысячи судеб, объявить им жизнь или верную гибель, одарить её таким дару или представить кару космических масштабов! Это был настоящий гений, владыка, воплощение всей мощи гениального ума и силы мысли, которым одарила природа…»,

более того, одной из форм выхода на роль судии учёного, было произведено в прологе, а также в произведении, представленное в эпиграфе «20 000 лье под водой» Жюля Верна от имени капитана Немо.

Такой подход к суду в некоторой мере можно также понимать и как самосуд, суд Линча, но на удивление и как единоличное правосудие, ибо попросту нет того, кто хоть как-то может противостоять академику, его могуществу.