Король Людвиг II Баварский. Драма длиною в жизнь. 1845—1886

Такое заболевание нельзя назвать психическим расстройством.

2 января 1861 года короля настиг последний удар. Фридриха Вильгельма IV похоронили во Фриденскирхе в Потсдаме, а его сердце захоронили перед входом в склеп Шарлоттенбургского дворца. Королем Пруссии стал его брат Вильгельм I.

Жизнь тем не менее продолжалась. Чем взрослее становились сыновья короля Максимилиана, тем все более просматривалась отдаленность между отцом и ними. Секретарь кабинета министров Франц фон Пфистермайстер писал по этому поводу: «Король видел двух принцев Людвига и Отто только один или два раза в день, в полдень во время второго завтрака и вечером во время обеда.

Он редко посещал их в комнатах, где они росли. Чаще всего их отец только протягивал руку в приветствии, быстро извинялся и уходил. Даже когда наследный принц был уже взрослым, требовались неимоверные усилия, чтобы убедить короля взять его старшего сына на утреннюю прогулку по Английскому саду. Король как-то заметил: „Я не имею ничего общего с этим молодым джентльменом, о чем бы я ни говорил, не интересует его“».

Несмотря на эту выстроенную дистанцию, Максимилиан никогда не выказывал неприветливость по отношению к сыновьям, но на его серьезном лице редко проскакивала улыбка в их присутствии. Сближали Макса и его старшего сына Людвига беседы о мифологии, любовь к природе и путешествиям, но он мало совершал путешествий с ним. Также Людвиг был впечатлен социальной приверженностью отца, который в этом плане стал для него примером.

В то время как Людвиг был увлечен творчеством Рихарда Вагнера, его отец предпочитал итальянскую оперу, балет, спектакли и не понимал увлечений сына.

Воспоминания об этих отдаленных отношениях с отцом, неудачном образовании тяготили Людвига, даже когда он стал взрослым. Так, в декабре 1875 года Людвиг сетовал кронпринцу Рудольфу, сыну своей кузины Елизаветы Австрийской: «Тебя нужно поздравить с получением превосходного воспитания, и тебе повезло, что император лично заинтересован в твоем образовании, при моем отце все было по-другому: он всегда относился ко мне снисходительно, в лучшем случае мимоходом удостаивал несколькими любезными, холодными словами.

Эта своеобразная форма и другие методы воспитания были популярны по особой причине, потому что также происходило и при его отце».

Богатый фантазией полет мысли Людвига не находил отклика и у его матери.