История семьи. Ч. III. Лившиц

Тетя Валя его все время как-то… Но он очень бабушку любил. Очень добрый был просто.

Я: Она же только в 45-м вернулась [из лагеря].

М.: Нет, я имею в виду не маму, а свою бабушку.

Мама старше была. Потом, когда она вернулась, ей же в Сухуми нельзя было жить. Ее где-то прописали в Очамчири, она наездами была.

Бабушку Лизу очень любил. Он ко всем очень добро относился.

Я: Ничего тебе не рассказывал? Про гражданскую [войну]?

М.: Об этом все молчали. Детям вообще ничего не говорили. Боялись, что мы где-то проговоримся.

Он рассказывал, как они где-то на перевале.

Я: Во время войны с немцами.

М.: Он же возглавил истребительный батальон. Собрали в Сухуми всех штатских.

Он оттуда Вовку[6 - Усыновил найденного в горах кавказского мальчика.] привез. Кое-что рассказывал. Не дали они немцам пройти сюда [в Сухуми].

М.: Они с тетей Валей[7 - Валя – жена дяди Вани.] отличались. Я-то жела у Лили, а они, пока не построили, жили в бабушкиной комнате. У бабушки было отдельное жилье. Они жили с ней.

Потом тетя Галя[8 - Галина Яковлевна Троицкая – сестра мамы.] с бабушкой была в этой комнате, пока не уехала учиться в Москву.

И они строили (этот участок получили), и строили домик. Сажали все. Это я помню, как сажали, выбирали все. Там две груши, каких сортов, мне иногда до сих пор снится (!) этот участок: виноград на кипарисе вьется, мандариновые деревья, хурма. Огорода не было, был сад только. Какая-то, может, грядочка зелени была. Огурцов, помидоров не было.

Я: Шелковица?

М.

: Шелковицы росли дикие везде, мы не сажали. Фейхоа была.

Я: Инжир?

М.: Инжира не было. Тоже они везде росли, полно было.

Фейхоа была, очень красивые цветы у нее, груши. Яблони не помню. Груши помню, несколько груш было. По правую сторону мандарины и хурма. Участок был такой с горкой, покатый. И дом стоял на столбах. Около калитки здесь меньше столбы, а туда дальше. И низ весь был открыт. Сначала одну комнату построили, они переехали от бабушки. Потом Юра[9 - Юрий Борисович Троицкий – двоюродный брат мамы.

] хотел застроить низ, он имел возможность, а тетя Валя не согласилась.

Я: Так Юра же там не жил?

М.: Ну он уже когда после войны в Воронеже работал.

Я: А Юру ты как помнишь?

М.: Юру я совсем не помню. С Юрой мы только начали после войны, в последние [месяцы] войны, когда в Виннице были.

А когда в Сухуми были, я училась в школе, тогда я помню у него был роман с нашей учительницей физики. Это уже когда он вернулся из госпиталя, раненый.