Сказ о берендее. Тайна Алатырь-камня

 – Отай кивнул, но тут же добавил, – Ещё надо сулицы смазать свежей выжимкой бореца с багульником.

– Борец пока не в цвету, рано. Ему еще пару седмиц нужно. Можно заменить беленой. Она не уступит по силе. Тем более дожди были, яда должно скопиться много. Отправляйся за ней к подножью гор, там полянка есть. Ты должен её помнить.

На этих словах парень, не сомневаясь ни секунды, кивнул.

– Срезай куст аккуратно, лицо платком укрой, руки тряпицами замотай, а то рискуешь раны получить ещё до схватки с вурдалаками. Клинок используй боевой, чтобы потом не додумался им пищу резать.

Год его будешь в роднике мыть, а все равно яд останется. За багульником придётся мне идти для экономии времени. Встретимся уже дома.

Развернувшись на пятках в сторону леса, я отправилась к болотам. По пути ощупала поясной набор: сумки для трав, небольшой кованный серп и отдельно в мешочке камни кремневые. Перевела руку на грудь – мамин амулет на месте. Мои обычные действия, чтобы успокоиться, ощутить себя в безопасности. Однако сегодня тревога не отступала.

Что-то в предстоящем походе Отая не давало покоя. Поэтому я ускорила шаг, в попытке сбежать от собственных мыслей.

***

Когда солнце вошло в зенит, я успела вернуться в нашу с Беляем рабочее помещение не только с мешочком багульника. Мои сумки были полны различными луговыми травками и цветами, которые пригодятся не только в знахарстве, но и в колдовских ритуалах. И мне бы радоваться частично пополненным запасам. Только среди всех растений я раздобыла одно, пробудившее внутри меня холодный ужас – воронь око.

Плоды его уж слишком походили на голубику. Поэтому, чтобы ни один прожорливый не решил полакомиться ядовитыми ягодками, мне пришлось спрятать их в баклажку и запечатать рунами. Воронье око я встретила, после сбора болиголова, на выходе из леса. Целая поляна одиноких стеблей с маленькой иссиня-чёрной ягодкой, будто жемчужина в раковине, среди лиственной крестовины. Их не должно было быть ещё месяца два – три! Природа явно безумствует. А может, это был выброс магии или какой чёрный обряд…

Поток моих размышлений прервали.

– Здравствуй, дочка. Над чем таким задумалась? – в клеть вошёл озадаченный наставник.

Крепкий мужчина, проживший более пяти десятков зим, хотя имеет вполне юного сына. Волосы не длинны, но и не коротки, почти все уже седые. Рубаха с портками на нём обычные серые, видимо, праздничные, расшитые приберёг на вечер.

– Будь здрав, отец Беляй! – как можно задорнее ответила я и улыбнулась.