Пустой

Зачерпнув ещё немного, парень выливает на свою шевелюру и трясёт головой, стараясь волосы хоть немного просушить, хотя такой метод никогда не помогает. Собрав длинные локоны, что ложатся на плечи, немного не достигая лопаток, одними пальцами, он вновь заглядывается на себя.

Бедствие

второе

Небольшая капля скатилась с пышного цветка, прорастающего у самого края, и громко разбилась о зеркальную поверхность воды, образуя ровные круги на ней. Тут же парень подскакивает, разглядев чужой силуэт, так незаметно подкравшийся, словно появившийся из ниоткуда.

Он выхватывает свой меч, тут же наставляя его на незнакомца, что подошёл совсем близко.

Это оказалась невысокая девушка приятной внешности.

Её волосы цвета каштана красиво рассыпались до самых колен, а передние пряди были заправлены за миниатюрные ушки. На макушке заплетён небольшой пучок, собранный из некоторых локонов, и закреплён он большой серебряной заколкой, блестящей от солнечного света, на которой красовалась белоснежная лилия.

На лице с правильными чертами играла лёгкая и добрая улыбка, располагающая к себе. В тёмно-карих глазах горели искорки удивления и интереса. Лицо её было бледным-бледным, словно она чем-то болела, и ей совсем немного оставалось жить на этом свете. Она чересчур худая и хрупкая – кажется, что об остроту её скул, подбородка, выпирающих косточек на кистях можно порезаться. Пальцы рук длинные, утончённые с аккуратными ноготками. Она одета в лёгкое платьице, трепещущие при каждом дуновении ветра, такое же белое, как и она сама, и её лилия на голове. От этого она сама невольно становилась душистым цветком в самый плодоносный и тёплый сезон.

Не обманываясь милым личиком, воин не убирает наставленного оружия: мало ли что может взбрести девушке в голову, которая отважилась прийти в опасную долину, так ещё и одна в такую-то рань!

– Почему ты так смотришь на меня? – по-птичьи склонив к плечу голову, девушка невинно улыбается, внимательно смотря в лицо юноши, будто гипнотизируя.

– А Вы зачем ко мне со спины подкрадываетесь? – не поняв, с чего вдруг незнакомка позволила себе такую грубость, обращаясь к нему как к какому-то другу на «ты», он старался быть вежливым. – А если бы я замахнулся мечом без разбора?

– Но ведь не замахнулся, – молодая особа хитро прищурила глаза, явно чему-то обрадовавшись, каким-то своим мыслям. На это заявление, черноволосый только обречённо вздохнул и опустил металл, пока не пряча его в ножны.