Красный энергетик

Клыкастая публика сразу захлопала в ладоши и хором заголосила:

– С возвращением, Дрэкул!

Теперь мы с тобой живем в зАмке. Ты лежишь не в дупле, а на широком письменном столе рядом с чернильцей и подсвечником. Дед из сорока комнат разрешил выбрать любую. Я взял небольшую, но с видом на закат. Когда выхожу на балкон и смотрю на его красный цвет, вампирская душа сразу наполняется предвкушением удачной охоты. Так и хочется крикнуть куда-то далеко, безадресно, в сторону леса: «Вы еще не поделились со мной кровью? Тогда я лечу к вам!»

Красный энергетик

1

Здравствуй, дружище, молчаливый и терпеливый слушатель, надежный хранитель секретов и тайн, мой Дневничёк! Давненько я тебе ничего не рассказывал, пять столетий, как минимум.

Ты извини хозяина, дел было невпроворот. Зато сейчас ты не бумажный, а электронный! Я тебя оцифровал и храню в личном «ноуте» на жестком диске. Что это такое? Это новые технологии, приятель. Мир не стоит на месте. За это время много чего интересного случилось.

Эх, жизнь моя кровососная! Ох, уж этот красный энергетик! Много за это время попил я людской кровушки. Собственно и разбогател на ней, наладив массовый сбор крови по всему миру, поставил добровольное донорство на широкую ногу. Я теперь крупный и влиятельный бизнесмен и финансист. Денег много, и ни в чем не нуждаюсь.

Живу также в зАмке у дедушки, хотя жилья по всему миру больше, чем достаточно. Пращур давно отошел от дел, к тому же старческий маразм мешает быть активным.

Приходится присматривать за стариком. Ценю его как многознающего консультанта и носителя древних вампирских традиций. Благодаря ему я прослыл ПолигИстром. Так и зовут поныне в народе.

Злосачмоса давно канул в лету. Из прошлой жизни храню под стеклом рога и ослиные уши, как напоминание о наивной молодости и метлу-вертихвостку. Мне она довно без надобности, летаю на собственном самолете.

Ещё храню в сердце теплые воспоминания о Кики, нашу с ней первую самокрутку, одну на двоих, первый поцелуй, уроки по анатомии женского тела, где она всегда выступала в роли спокойного и рассудительного учителя, а я – эмоциональным и темпераментным учеником.

Любопытная молодость брала верх над мучительной застенчивостью, ведь я тогда был мальчишкой. Сейчас, когда нахожусь в статусе зрелого мужчины, ничего этого нет. Доброта, легкомыслие, и наивность навсегда ушли из ледяного сердца, унося с собой последние крошки от чувственного пирога.