Отметчик и разносчица. Фантастический роман

 – Музыканты, траурный марш!

Грянула заунывная тяжелая на слух музыка. Марк не поверил глазам. Кранолетчик узнал ребят из группы Слейертура, на звездолете которых они с Викой пытались удрать. Бедняги-музыканты еле держались на ногах. С закопченными лицами они походили на трубочистов, а грязные в колтунах волосы не шевелились на ветру.

Толпа потянулась за лафетом на окраину жилого комплекса, где находилось небольшое элитное молмутское кладбище. Под фонарями были видны надгробия, памятники и склепы.

Марк взял Тузиана за свободную руку, ободряюще подмигнул заплаканной Сукле, и они втроем пошли следом за похоронной процессией, шагая в хвосте и соблюдая дистанцию.

22

Бальзамирование прошло успешно. Когда процедура закончилась, покойницу в стеклянном саркофаге определили в семейный склеп. Толпа потихоньку рассосалась, а внутрь зашли только самые близкие. Беглецов тоже пустили.

Марк окинул взглядом слабоосвещенную молмутскую усыпальницу. Стены были увешаны портретами лидеров Чернодырья.

Словно кадры из отборных ужастиков, они вызывали у неподготовленного зрителя кратковременное заикание, нервный тик и шевеление волос.

Внимание кранолетчика привлек самый большой портрет – сплошной черный квадрат, лишь в центре светились лютой ненавистью и злобой желтые глаза.

– Кто это? – заикаясь, тихо шепнул Марк.

– Это наш император, – также тихо ответила Сукла.

– А почему только глаза?

– Мы сами его боимся. У многих молмутов при виде лица императора часто случается заворот кишок.

Пусть лучше одни глаза.

Началась завершающая часть прощальной панихиды – двухчасовое отпевание усопшей. Рогатый служитель культа в черном плаще, на непонятном Марку языке, начал читать молмутские молитвы.

Жены косились на троицу и шептались:

– Что здесь делают эти эмбрионы? Плеширей совсем спятил от горя. Еще и встал с ними, – прошипела Глупинда. – Что это за шлюха рядом?

– Это новая разносчица, – отозвалась толстая Саланта.

 – Хоть бы номер изолентой заклеила. Совсем стыд потеряла. Что за карлика они за руки держат? На молмутского зверобоя смахивает.

– Не внебрачный ли это зверомальчик? – скривила рот Мрася.

– Не удивлюсь, если завтра в нашем бараке этот звероюн начнет охотиться на крыс, а эту прошмандовку муж объявит новой женой, – ехидно улыбнулась Аквая. – Что с него взять – старый кобель!

– Я ей устрою, – огрызнулась Мрася. – Пурген еще остался.