Мир и Я

Книга выстраданная! Она измотала меня умственно и физически! Я работал над ней так же, как и люди, выполняющие нелюбимый ими рутинный, повседневный труд: обыденно, скучно, без горящих глаз и вдохновения – как свою обязанность!

Для этой работы, я построил в уединении, своими руками – дом, и бросив всё, зимовал в нём. Шесть зим, живя аскетом, я над книгой, без сна и отдыха, корпел, отказывал себе во всём, жил на 12 евро в месяц.

Все зимы, в течение которых над книгой работал, боролся с холодным, голодным / одиночеством и дьяволом! Шесть зим писал книгу, шесть зим приводил рукописи в порядок: уточнял, поправлял, дополнял слова и фразы менял, строил предложения так, чтобы было всё складно и понятно.

Непростая работа!

Кто сможет из Вас, сто раз за ночь вставать и царапать свои мысли на клочках бумаги, а в пять утра, садиться за стол и работать до 14 часов дня?

Фактически, все годы, в течение которых создавалась книга, я спал урывками!

Для сравнения, еврейский Бог Иисус Христос, находился 40 дней в «пустыне» (жил без людей, в уединении), и взалкал (взмолился), а я прожил отшельником 12 зим и не отчаялся.

Жить отшельником нелегко! Поверьте мне, нет ничего хуже одиночества! Второе сравнение: они свой букварь (Библию), писали полтора тысячелетия, а здесь человек накатал за шесть зим энциклопедию!

На клочках бумаги,

Напишу такое, жуть!

Полон я отваги,

Я могу весь Мир перевернуть.

Мне не надо рычага и палки,

Ручку мне и карандаш.

А людишки до того уж жалки,

Я возьму их всех на абордаж.

Они «умные» такие, иль дурные?

Всё едино, рядом ведь живём.

Хоть средь них, есть тоже боевые,

В битве с ними,

Мы мечи схлестнём.

И посмотрим, кто кого погубит?

Правда чья?

На чьей же стороне?

Виноватых всех мой меч порубит,

Как врагов рубили в старине.

Я поэт!

И Мир мне стал подвластен.

Я философ!

Знаю, что к чему.

До чего же шар Земной прекрасен,

А людей на нём я не пойму.

Для чего на Землю пришли люди,

Разнести в клочки?

Иль погубить её?

Шар земной не очень они любят.

Человек он ведь, зверьё, хамьё!

Первая зима оказалась самой трудной для меня, температура в доме опускалась до нуля, руки мёрзли, ноги тоже от холода дрожали, самого трясло, паста в ручке застывала, в животе урчало, а требовалось перекинуть на листы, в стройные ряды, то, что «накопал» за ночь.