Махапские землеологи

Мы тебя полностью поддерживаем, – на экране пилоты одобрительно закивали. – Дождись удобного момента и действуй. Только перчатки не снимай. Невидимость идеальная.

– Так и сделаю, – командир согласно кивнул и выключил связь.

14

Поздним утром, когда через открытое окно шум улицы проник в комнату, партийный лидер резко проснулся. На удивление тело не чувствовало разбитости и усталости. Владимир взглянул на часы и засуетился:

– Чёрт побери! Проспал. Я опаздываю, – политик выругался и поспешил в уборную.

Он быстро умылся, оделся, выскочил на оживленную улицу и спортивным шагом поспешил по намеченному маршруту.

Инопланетный летающий аппарат-невидимка отлепился от здания, поднялся на безопасную высоту и направился следом.

Прения и дебаты на съезде были в самом разгаре. Зал гудел как пчелиный улей. От табачного дыма слезились глаза. Делегаты спорили, толкались, хватали друг друга за грудки и выкрикивали с мест в адрес очередного оратора реплики, обидную брань и нецензурщину.

Махапский разведчик, прилипнув к зданию церкви, молча наблюдал на экране за шумным собранием, больше напоминающее лекцию в сельском клубе или базарную перебранку. Робот-шпион показал объект. Владимир сидел на корточках и, положив бумажный лист на колено, второпях готовил конспект для выступления. Когда бумага была исписана тезисами и шпаргалками, лидер партии проворно вскочил на трибуну и обвел аудиторию спокойным взглядом авторитета. Зал тут же перестал гудеть.

Вожак выждал паузу, добившись полной тишины, и приступил к докладу. Помогая себе жестами, политик красноречиво стал излагать свою позицию, подкрепляя речь аргументами, доводами и фактами. Зал снова зашевелился. Несогласные стали высказывать недовольство. В оратора полетела словесная грязь.

Стокар сморщился и закрыл глаза: «Это надолго. Отдохну, поберегу нервы. А лучше письмо супруге придумаю и отправлю по каналу секретной связи». Махап включил энцефалогрфический передатчик, закрепил клемму на лбу, откинулся на спинку кресла и задумался.

Он с чувством стал подбирать слова и с приятным трепетом складывать их в предложения, заполняя волновыми колебаниями мозга блок памяти. Стокару нравился этот вид связи: «В полном расслабоне всегда приходят самые верные и точные мысли». Закодированный ряд картинок, образов и тембра голоса в сжатом виде со скоростью мысли отправлялся на родную планету.