Святой Георгий Победоносец. Жизнеописание, деяния и молитвы к нему

Мы можем попробовать сделать так, чтобы зерно разума попало на почву духовного творчества, и тогда, возможно, мы увидим плод, который может удивить даже бывалого селекционера из исторической науки или мудрого прозорливца из духовной практики.

Возможно ли такое? А мы попробуем. С Божией помощью, с верой и надеждой на стяжание Духа, который, как известно, «ищет где хочет и неизвестно откуда приходит и куда уходит». Положимся на него и на покровительство самого святого Георгия – Воина, Великомученика и Победоносца.

Глава 1. Детство и возмужание

Однажды древнеримский политический деятель Марк Туллий Цицерон – оратор и философ, живший и творивший в конце II–I столетии до Рождества Христова, заметил: «Любовь к родителям – основа всех добродетелей». В большинстве источников, рассказывающих о жизни и деятельности святого Георгия, это его качество обязательно отмечается. Пусть кратко, не развёрнуто, без объяснений или даже без пространных доказательств. Но мы видим, что рос будущий воин-мученик в счастливой семье, где почитание старших было возведено в ранг главных жизненных добродетелей и повседневных деяний.

Нередко бывает, что в житиях святых мы не находим сведений об их детстве. Лишь несколько слов, включая портреты родителей, да и то в общих чертах. Это связано, как мы уже говорили, с тем, что житие – будучи словесной иконой – есть лишь рассказ о деяниях и духовном становлении того, о ком оно написано.

Как правило, события, которые агиографы рассматривают, или даже чудеса, о которых они повествуют, связаны со зрелыми или даже преклонными годами жизни духовного подвижника. Речь идёт обычно о времени, когда он или она уже становились мудрыми людьми, были в расцвете своих сил, когда за плечами накапливался опыт важнейших подвигов и чудес, благодаря которым они затем оставались в народной памяти. Детство же, как правило, – это лишь начало рассказа о жизненном пути святого, и о нём порой авторы житий мало что помнили или знали.

В случае с воином-мучеником Георгием Победоносцем мы также не избежим подобной проблемы. Недостаток информации, труды исследователей, пытающихся доказать, что те или иные факты, возможно, соответствуют жизни другого подвижника, что могли существовать разные люди с одним именем Георгий, – всё это ставит авторов новых жизнеописаний в трудное положение.