Теория исторического познания. Избранные произведения

Постановка проблемы методологии исторического знания предполагает выведение обсуждения прежде всего на междисциплинарный, а более того – метадисциплинарный уровень, на анализ нашего современного видения общекультурной ситуации в науке и высшем гуманитарном образовании, на обсуждение теоретических универсалий. Проблематика точного, логически выведенного и доступного для проверки научного знания, заявленная нами как центральная тема конференции, рассматривается здесь в рамках уже представленной научно-педагогическим направлением эпистемологической концепции.

Данное научное направление, основанное, как известно, в первой четверти ХХ в. и определяемое его первыми интерпретаторами как феноменология культуры, было уже тогда ориентировано, в силу особой специфики исторического познания и состояния исторической науки, на разработку преимущественно теоретических основ методологии истории и на ее реализацию в исследовательских, научно-педагогических и научно-организационных социальных практиках научного сообщества[29 - Медушевская О.  М. А. С. Лаппо-Данилевский и современное гуманитарное познание // Археографический ежегодник за 1994 г. М., 1996; Медушевская О. М., Румянцева М. Ф. Методология истории. М., 1997.]. Ключевыми для представителей гуманитарных наук, разделяющих данную концепцию, стали метадисциплинарные основания, восходящие к общегуманитарным универсалиям человеческой деятельности, и направленность на развитие методов интерпретации культурных объектов – реализованных продуктов целенаправленной деятельности человека, служащих источником познания и общим объектом гуманитарных наук. Для данного направления характерно единство концепции исследования и преподавания, направленность на формирование системной методологии истории как науке о человеке в рамках эволюционного и коэкзистенциального единства человечества. Последовательно анализируются возможности данной познавательной парадигмы для решения актуальных проблем гуманитарного знания: междисциплинарных взаимодействий в изучении пространственных параметров человеческой деятельности[30 - Исторический источник: Человек и пространство. М., 1997.]; компаративных исследований на основе источниковедческих типологий культурных объектов[31 - Исторический источник: Человек и пространство. М., 1997.]; компаративного изучения структур повседневности в рамках исторической антропологии и антропологически ориентированной истории[32 - Источниковедение и компаративный метод в гуманитарном знании. М., 1996.].