Капустный король, Рыцарь в кастрюле и другие

Так может не стоит в детстве забирать у собственного ребенка игрушку, только по той причине, что из-за ее отсутствия капризничает другой? Ведь когда это делают, ближе к несчастливой жизни становятся оба малыша, они просто не будут способны к развитию здоровых отношений?

Сказка о пикирующем авторитете

(Клиентская история)

"Он был внезапным и мгновенным,

Красивым, умным, вдохновенным,

Был дорогим и не был мал,

Авторитетом лишь не стал."

(Из английской сатиры XVIII века)

"Авторитетом стать, на самом деле, не сложно.

Сначала, надо чтобы тебя вознесли куда-то наверх. Это может сделать твоё восприятие себя неадекватным, но зато после этого ты можешь делать всё, что хочешь.

Ты спрашиваешь, а что должно произойти, чтобы тебя так высоко подняли? Немного. Главное всех напугать. Пусть даже своим неожиданным появлением. Тогда, от страха, тобой будут восхищаться, позволять делать просто всё. И пусть им потом за твоё поведение будет стыдно, это будут уже их проблемы.

Главное, ты стал авторитетом. Они же сами сказали, что ты – самый умный, красивый, ловкий и пр.

Правда, есть опасность. Ты сам не должен забывать, что ты ничего не знаешь и не умеешь. Иначе попадёшь в ситуацию, из которой не выберешься. Им будет тебя жалко, но вот помочь они смогут вряд ли.

Вот, смотри, как я умею летать!" – с этими словами птенец, только вчера вылупившийся из яйца, закончил поучать своих братьев, неловко взмахнул крыльями и выпал из гнезда.

Авторитетом он больше не был.

Стрела

(Монолог участника группы)

"Она летит, чтоб победить,

Чтоб принести с собой потерю.

В итоге, кто-то уж убит,

Другой влюблён, сражённый ею."

(Отрывок из скандинавской саги XIII-XIV вв.)

Я – старая стрела. Когда-то я была оружием, а теперь я – произведение искусства. У меня выверенные формы, красивое оперение, которое сохранилось и через несколько веков всё ещё придает мне устойчивость в движении и привлекательность в глазах окружающих.

А как иначе? Полёт стрелы завораживает, гипнотизирует. Мой кованный наконечник сохранил свою остроту. Я опасна до сих пор, ведь рождена для того, чтобы убить.

Помню последний бой, после которого потерялась. Мой полёт был стремительный. За несколько секунд (вжик!) и я преодолела сотню другую метров. Я летела точно в цель, куда меня направили. Вдруг, я увидела бойца, которого должна была убить. Точнее, его глаза. В них были любопытство и страх, отчаяние и надежда.