Элегия смерти

Затем он быстро зашагал обратно к Пину, а Шунь семенил за ним с двумя-тремя десятками непринятых пакетов в руках.

Черныш посмотрел на Хана и Ду.

– Вы схалтурили. Придется переделать.

Широко улыбаясь, Шунь швырнул пакеты на стол Хана.

– Почему вы уверены, что это наши? – Хан уставился на пакеты. Он работал тщательно и ошибок не допускал.

– Хочешь пожаловаться? Ты же здесь новенький, вот и ошибся. – Черныш посмотрел на него, затем повернулся к Ду. – А ты должен был его контролировать. Оба хороши! Теперь вместе и переделывайте.

– Я хочу пожаловаться! – Хан вскочил на ноги.

– Ха, все-таки у тебя есть хребет! – Черныш рассмеялся. – Расхрабрился? Думаешь, надзиратели на твоей стороне? Хорошо, посмотрим, что они скажут… Шунь, зови охрану!

Шунь побежал в противоположный конец мастерской.

– Господин Хуан! Новый парень отказывается работать.

Охранник уже заметил их небольшую стычку и, услышав крик Шуня, зашагал к ним, на ходу вынимая из кобуры дубинку.

– Что случилось?

– У новичка пакеты не прошли проверку, – сообщил Черныш.

– Значит, новенький? – Охранник Хуан оглядел Хана с ног до головы, затем объяснил: – Изготовление пакетов – часть ваших тюремных обязанностей. Если пакеты бракуют, значит, делаете работу заново. Таковы правила.

– Но с чего вы взяли, что пакеты мои? Почему переделывать должен именно я?

Охранник Хуан повернулся к Калачу.

– Раньше эта бригада уже сдавала изделия плохого качества?

– Не припомню такого за последний месяц, – ответил Калач, напрягая память.

Охранник Хуан сурово посмотрел на Хана.

– Есть еще возражения? – ледяным тоном спросил он.

Хан молча опустил глаза. Охранник презрительно фыркнул.

– Хочу добавить, что мы четверо здесь ни при чем, – встрял Пин. – За новичка отвечал Ду Минцян.

– Хорошо, – заключил охранник. – Пусть задержатся в цехе.

– Вот и отлично, – поддакнул Черныш. Он подождал, пока охранник Хуан и Калач отойдут, и злобно ухмыльнулся.

Хан все еще выглядел обиженным. Ду оттащил его в сторону.

– Давай, принимайся за работу. Больше часа уйдет.

Хан печально вздохнул, взял инструменты и снова начал работать. Остальные заключенные тем временем покидали цех. Через десять минут мастерская опустела, если не считать Хана и Ду.

– Эх, останемся сегодня голодными… – Ду вздохнул.

– Как это? Нам не разрешат поужинать?

Ду пожал плечами.