Элегия смерти

Как только он вернулся, погас свет. Шунь подошел к койке Хана и сказал:

– Эй, модельер, для тебя есть работа. Иди почисти унитаз.

Хан не двинулся с места.

– Ты глухой, мать твою? – крикнул Шунь. – Так я сейчас тебе уши дерьмом намажу!

– А почему он должен чистить унитаз? – Ду свесился с верхней койки так, что его лицо оказалось на одном уровне с Шунем.

– Мне все равно кто. Можешь сам заняться. – Шунь выдавал явно отрепетированные реплики, предназначенные для того, чтобы втянуть Ду в драку.

– Почему обязательно мы? Неужто сами не в состоянии?

У Шуня не было готового ответа.

– Потому что вы ближе всего к туалету.

– Не ты ли недавно жаловался на запах? Вымыть унитаз в твоих интересах, – мягко добавил Пин.

– А, понятно, – сказал Ду.

Он вдруг спрыгнул с верхней койки и оказался позади Шуня. Тот, ожидая нападения, быстро отошел в сторону и принял боевую стойку. Ду лишь усмехнулся.

– Я очень ленивый, поэтому унитазы мыть не буду.

Шунь понял, к чему клонит Ду, и решил не тянуть.

– Слушай, урод, хватит разглагольствовать! Я сказал вымыть унитаз – значит, надо вымыть.

Эта фраза служила сигналом: Шань встал и подошел к Шуню. Планировалось, что Черныш поступит так же, но он мялся, пока Пин не бросил на него многозначительный взгляд. Тогда он тоже, пусть и неохотно, встал позади Шаня.

Ду невозмутимо наблюдал, как Шань и Черныш готовятся к бою.

– Остыньте, ребята.

На самом деле койки в камере распределялись не случайным образом. Чем лучше место, тем выше тот, кто его занимает, – строгая иерархия. Так что предложение Ду было беззастенчивой попыткой захватить власть.

– Какого черта я должен с тобой меняться? – взревел Шунь.

В эту секунду Шань нанес удар, метясь прямо в лицо Ду. Раздался вопль, однако кричал вовсе не Ду Минцян. Оказалось, Ду успел молниеносно нырнуть за Шуня и обхватить его правой рукой за шею, сделав живым щитом.

– Черт! – Шунь чуть не плакал. – Ты же в меня попал!

Шань молча стал атаковать Ду с удвоенной силой. Тот не сопротивлялся, а лишь подставлял под каждый удар Шуня, который отчаянно сыпал ругательствами, однако вырваться не мог.

– Хватит, довольно! – наконец не выдержал Пин. Он встал с койки, его голос звучал властно и зло.

– Братец Пин, он сильнее, чем кажется, – прошептал Черныш. – Нам его сегодня не одолеть.