Неокантианство Восьмой том. Сборник эссе, статей, текстов книг

Каждый стремился превзойти своего предшественника в смелости и кажущейся глубине рассуждений, пока, наконец, в 1920-1930-е годы в философской литературе не стало преобладать настоящее шарлатанство и пустословие. Это не могло не разочаровать образованную публику. Вслушайтесь, например, в следующие фразы, в которых уважаемый в свое время философ рассуждает на тему, которая должна занимать нас в ближайшем будущем:

««Чувства и теоретические процессы, таким образом, представляют собой:

1) ощущение механической сферы, тяжести, связности и ее изменения, тепла, ощущение как таковое; 2) чувство контраста, особой разреженности, аналогично проявляющаяся нейтральность конкретно взятой воды и противостоящие ей противоположности распада данной нейтральности – запах и вкус;

3) чувство идеальности также является удвоенным, поскольку в нем, как в абстрактном отношении к себе, конкретное, которого оно не может не иметь, распадается на две безразличные детерминации

?) чувство идеальности как проявление внешнего для оного, – света вообще, а точнее, света, определенного в конкретной внешности, цвета, и

?) чувство проявления внутренности, которая проявляется как таковая в своем выражении, – звука, – зрения и слуха“.

„Здесь указан путь, по которому троица понятийных моментов переходит в пентаду по числу; более общая причина, по которой здесь происходит этот переход, заключается в том, что животный организм есть редукция распавшейся неорганической природы в бесконечное единство субъективности, но в то же время и ее развитая тотальность, моменты которой, поскольку она еще природная субъективность, существуют особым образом.

“ [2 - HEGEL, Enzyklop?die]

Когда в философских аудиториях читались такие высшие глупости, понятно, что они постепенно пустели, и все, кто привык к логическому мышлению благодаря занятиям естественными науками, уходили из них. Неизбежно, что значительная часть образованных людей была отторгнута от всякого философствования и брошена в объятия грубого материализма.

Но при таком наивном мировоззрении, которое заключается в простом отсутствии философской рефлексии, мыслитель не может долго успокаиваться. Поэтому в настоящее время мы наблюдаем всеобщее пробуждение потребности в философии, и повсеместно люди справедливо возвращаются к нашему великому интеллектуальному герою Канту.