История Тамбовской Епархии. Курс лекций

тот же Темниковский протопоп Иаков снова пишет Патриарху о том, что: «Из иных городов приходят в Темников город и уезд скоморохи с медведи (…) многих людей чародейством и волхованием прельщают (…) Чинят бесовские сонмища, сходятся в дому многие люди мужска и женска полу и девки по Рождестве Христову и до Богоявления дни всякими бесовскими играми играют» [6]. За все эти проступки Патриарх предлагал достаточно суровые наказания: брать пени по 2, 4 и по 6 руб., сажать в цепь или отправлять в монастырь.

Особая страница истории епархии этого периода связана с ведовством.

Видимо в каждом селении был свой ведьмак или ведунья, на худой конец ворожея или знахарка. Они гадали, лечили людей, а иногда и вредили. Ведовство настолько распространилось, что государственная власть была вынуждена применить строгие меры и, даже нескольких ведьм сжечь. Т.е. здесь в наших Тамбовских приделах были свои «ведьмовские процессы». Первое такое упоминание о ведьмах относится к июню 1630 г., когда Лебедянскому воеводе Плещееву стало известно, что на Лебедяни у стрелецкого головы Павлова живет «баба-ворожея», татарка Авнасалтан. Она ворожила по городам и слободам. Воевода донес об этом в Разрядный приказ, оттуда велели «бабу» схватить и расспросить, держать в цепи и в железах. Проведенное расследование дало следующие результаты: оказалось, что мимо Лебедяни шел на струге по Дону воронежец Павел Веневетинов, у него и была эта «баба». Он остановился в Лебедяни, «баба» сошла на берег начала ворожить и гадать по рукам. К ней тут же стал обращаться народ. Стрелецкий голова Василий Павлов, сообразив, что она может принести доход, купил «бабу» у Веневитинова. Она открыла в Лебедяни широкую практику. Причем русский язык знала плохо, в качестве переводчика выступал сам стрелец. Специализировалась она в основном на гадании по рукам (хиромантия). Но употребляла и некие экзотические способы, нам теперь и не понятные: «нутрю щупала» (видимо гадала по внутренностям животных), «луком». Ходили к ней в основном стрельцы и казаки. Не брезговала она и целительской практикой, вот как один из таких способов описывается в документе того времени: «Наговорила воду и сыпала просу в воду и той водой меня мыла. Пускала в глаза женское молоко у стрелецкой жены Сазона Волкова (…) Взяла алтын денег подержала у меня на руке и привязала ко лбу, над глазом и велела отслужить молебен Николе» [6]. Такое вот сочетание язычества и православия, впрочем, современные колдуны не далеко отошли от «бабки Авнасалтан».