Размышления над первой книгой Исповеди Августина

И что ж смог я, Боже, сейчас о Тебе сказать,

Жизнь моя, Святая Услада моя?

Да и кто о Тебе что может сказать?

Но горе молчащим о Тебе,

Хотя и словообильные слов не находят.

Эта глава «Исповеди» одна из самых ярких! Какое глубокое видение Бога! Это высокая поэзия!

Сколько же парадоксов подмечает Августин! Насколько же Бог не помещается в рамки нашего сознания!

Как можно быть одновременно и милостивым и справедливым? Ведь проявляя милость, мы забываем о справедливости.

Как можно одновременно быть сокровенным, тайным и в то же время абсолютно явным? Но Бог может.

Как можно одновременно быть прекрасным, как прекрасная женщина, и мощным, как мужчина?

Как можно одновременно быть постоянным, неизменным, но при этом и непостижимым даже в своей неизменности?

Как можно оставаясь неподвижным двигать весь мир?

Как можно одновременно и все обновлять и старить гордых?

Как можно действовать, пребывая в покое?

Как можно накапливать, не нуждаясь ни в чем?

Как можно любить и не быть обуреваемым страстью?

Как можно ревновать и пребывать в спокойствии?

Как можно раскаиваться и не скорбеть?

Как можно находить, не теряя?

Бог может!

А если Бог не укладывается в рамки нашего разума, то можем ли мы что-нибудь сказать о нем?

И как же человек может о Тебе не говорить?

Это посильнее постмодерна начала XXI века… Несравнимо сильнее…

Что можно сказать об этой главе?

Лучше еще раз перечитать ее вслух.

V

(5)

Кто даст мне упокоиться в Тебе,

чтоб вошел бы Ты в сердце мое и опьянил его,

чтоб забыл я беды мои,

и прильнул бы к единственному благу своему – к Тебе?

Что же Ты для меня?

Сжалься, дай мне найти слова.

И что же я для Тебя,

коль даешь мне заповедь Тебя любить?

И если заповеди не следую —

Ты гневаешься на меня, и грозишь великими несчастьями,

но разве малое несчастье – не любить Тебя?

Горе мне! Но скажи мне из сострадания Твоего,

Господи, Боже мой, что же Ты для меня?

Скажи душе моей: «Я – спасение твое!»[28 - Пс.