Размышления над первой книгой Исповеди Августина

,

умеющему принимать тяжелые,

но верные решения,

с надеждой,

что эта скромная попытка перевода сможет

«заразить» интересом к Августину,

и с уверенностью,

что эта книга отлично помогает

разобраться в себе и в жизни.

С благодарностью посвящаю моим

преподавателям латыни

Татьяне Нагайцевой,

Игорю Кошелеву,

Марии Герасимовой.

Предисловие

Читать Августина – это наслаждение. И я очень хочу, чтобы Вы тоже почувствовали восторг от приобщения к творениям Августина.

На русском языке доступны четыре перевода Исповеди[3 - Перевод, сделанный в XVIII веке и озаглавленный «Исповедания» не доступен для массового читателя и хранится в Музее книги РГБ.] – перевод Киевской Духовной академии 1880 г.; непревзойдённый – перевод Марии Ефимовны Сергеенко, сделанный в блокадном Ленинграде и переиздававшийся много раз; пересказ[4 - В издании указано, что это перевод, сделанный Киевской Духовной академией, но приведенный к современным нормам русского языка. В этом пересказе много неточностей.

] С.И.Еремеева (издавался в нескольких изданиях в начале 2000-х); а также опубликованный в 2008 году перевод Леонида Харитонова, более близкий к латинскому оригиналу и исправляющий ряд досадных ошибок перевода Марии Ефимовны, но уступающий по мастерству владения языком и степени передачи той совершенной формы, которой написана Исповедь.

Августин пытался максимально приблизиться к форме библейской поэзии, к форме псалмов. Вернее будет назвать это ритмической прозой.

Чтобы почувствовать это, нужно Исповедь читать вслух. И чтобы лучше передать этот ритм, я разбил текст на строфы.

В те моменты, когда разрозненные латинские слова соединялись в предложения, а предложения – в законченные главы, передающие мысль Августина, – я испытывал огромную радость, словно я услышал его голос.

Для того, чтобы сделать чтение более понятным, а мысль Августина более доступной, я снабдил текст многочисленными сносками, а после каждой главы вставил свои размышления.

Надеюсь, что этим скромным переводом я смогу хоть немногих зажечь своим интересом к Августину.

Обращение к Августину – это попытка приблизиться к великой культуре христианской античности. Чем больше погружаюсь в эту древность, тем сильнее ощущаю себя варваром, получившим, казалось бы, неплохое советское (и постсоветское) образование. Но теперь я знаю, где родник истинных знаний, и с огромной радостью пью чистую воду из этого источника.