Остров священной гусеницы

По мере читания моих документов, лицо у адъютанта вытягивалось всё больше, он просмотрел мой наградной лист, вернул мой орден. И доложил генералу по-египетски, я понял, не всё, но понял. Генерал сказал: -Молодец! Настоящий солдат! И по– египетски, дал распоряжение внести моё имя на повышение по службе. Генерал сел в автомобиль, а все действующие лица разбрелись по своим делам, хозяин кафе тормошил стонущих офицеров, требуя возмещения причинённого ущерба, а я уже был в музее, где Историк мне готовил компрессы от синяков, по особым историческим рецептам.

Утром я, превозмогая боль, пошёл проведать тайную комнату; и труды мои не прошли даром, я увидел следы, кто-то сделал целый ряд маленьких шагов в сторону исторического архива, эти же следы возвратились назад. Следы были настолько маленькими, как будто ребёнок прошёл, пошалив в музее. Исторические книги архива были очень тяжёлыми, переплетены чёрным деревом, находились очень высоко, на стремянке тоже были следы от мела. Пора было переходить к плану «Б». Мы до ночи придумывали с Историком ловушку, для неизвестного посетителя музея, который инкогнито, через тайную комнату, пробирается, к историческому прошлому, охраняемой нами страны. И придумали, замаскировав сети у стремянки. Как только объект появляется в зоне действия ловушки, дотрагивается до стремянки, ловушка срабатывает автоматически, сеть с пойманной добычей летит к потолку, звенит сигнализация из связанных литавр. Объект опускаем в клетку, чтоб не убежал, при возможности, делаем допрос. План нами обеими был признан гениальным, мы немедля приступили к его осуществлению. И когда наши глаза начали слипаться, план был готов. Первым в ловушку попал Историк, я ещё спал, когда зазвенели литавры. Не думал, что он такой тяжёлый, и если бы не помощь маленькой девочки, похожей на Анику, я бы не смог его снять безболезненно, он всё норовил упасть с высоты. Наконец Историка посадили на землю, позволив из сетей ему выпутываться самому. Ты кто? -спросил я девчонку. Она посмотрела на меня, отвечать или не отвечать: -А, ты кто? Я увидел, что её подошвы были испачканы мелом: – Я Спасатель, а ты кто? И зачем здесь ходишь тайно. Я видел, что Историк смотрит на нас непонимающе, оказывается весь диалог мы с девчонкой вели на зверином языке, на который незаметно перешли, когда доставали потерпевшего.