Великие русские полководцы

Тем больше внимания требовалось на первых порах, чтобы обеспечить правильное ведение хозяйства управляющими в будущем. По склонности к бережливости Суворов напоминал отца – собирание, а не расточение. Наследство и кое-какие личные сбережения дали ему возможность сразу же после смерти отца увеличить свои поместья прикупкой соседних земель. И в последующие годы Суворов не упускал случая покупать землю: в течение 9—10 лет он успел приобрести до 1500 крестьян. По отношению к крестьянам Суворов был типичным представителем своего времени: они являлись для него статьей дохода.

Чтобы обеспечить правильное поступление оброков (все имения Суворова были оброчными), надо было обеспечить благосостояние крестьян. И за этим Суворов следил очень внимательно. Он даже возлагал обязанность помогать неимущим и пострадавшим от каких-либо бедствий на остальных односельчан, на весь «мир». Иногда он назначал таким крестьянам незначительное пособие и от себя. Из таких же экономических соображений Суворов уделял особое внимание бракам своих крепостных: в своих деревнях он не допускал безбрачия. При недостатке невест они доставлялись из других его вотчин или даже покупались. «Лица не разбирать, лишь бы здоровы были, – писал он одному из своих управляющих. – Девиц отправлять на крестьянских подводах, без нарядов, одних за другими, как возят кур, но очень осторожно». Многодетным семьям выдавались небольшие награды. В своих приказах Суворов всегда указывал и на необходимость заботливого ухода за детьми для уменьшения детской смертности. Чтобы не уменьшать численность своих оброчных, он предписал не поставлять рекрутов, а покупать их со стороны. Цена на каждого рекрута разделялась по имуществу на весь «мир». В помощь «миру» Суворов выделял от себя по 75 рублей за каждого рекрута.

После отпуска Суворов получил в командование войска, расположенные в Коломне, и в ноябре 1776 г. был откомандирован в корпус Прозоровского в Крым. Однако боевые действия с турками не возобновлялись, и Суворова томили безделье и лихорадка.

Он даже просил князя Потемкина, с которым был в переписке со времени подавления восстания Пугачева, о переводе в другую дивизию. Прошение не было удовлетворено. Тогда Суворов в июне 1777 г. отправился в отпуск в Полтаву, где проживали его жена с дочерью. По окончании отпуска он переехал в Опошню, где и прожил до зимы. Пребывание здесь ознаменовалось для Суворова крупными семейными неприятностями.